Онлайн книга «Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 3»
|
Я растерянно моргнула. — Лампы? — Я зажёг больше ста штук. Неописуемая красота, — он вкрадчиво, тихо усмехнулся и без лишних слов опустил прохладную влажную ткань прямо на моё заспанное лицо. Я не стала расспрашивать дальше. Моё сердце пропустило удар, а по спине пробежал леденящий холод: я слишком прекрасно помнила из своей прошлой жизни, до перерождения, что именно означали эти «лампы» в устах будущего Безумного Регента. В тех жутких воспоминаниях, от которых я так отчаянно пыталась спасти свою семью, Каллум обожал превращать тела врагов в закрученные белые коконы, подвешивая их к потолку в знак своего безжалостного, кровавого триумфа. Его ночная месть наёмникам Восточного Дворца оказалась скорой, страшной и пугающе узнаваемой. Подавив внутреннюю дрожь и убрав прохладное полотенце от лица, я послушно принялась обтирать щёки, возвращая себе маску абсолютного спокойствия. Заметив, что Каллум не отрываясь наблюдает за каждым моим движением, словно выискивая на моём лице проблески прежнего ужаса или отвращения, я на секунду задумалась, а затем мягко и открыто улыбнулась ему: — Если тебе так нравятся лампы, то в ночь Праздника Влюблённых мы можем пойти к реке и вместе запустить фонарики желаний. Уголки его глаз едва заметно приподнялись. Он наверняка ждал, что на моём лице отразится привычное отвращение, ужас или разочарование от его жестокости, но вместо этого получил лишь спокойное, тёплое принятие. Я сознательно использовала крупицы искренней доброты, чтобы попытаться растворить ту первородную злобу, что сжигала его изнутри. Каллум принял эту негласную игру, и его пальцы, до этого напряжённо постукивавшие по подлокотнику кресла, постепенно расслабились. Действовать я могла лишь одной здоровой рукой, поэтому умывалась медленно и аккуратно. Белоснежная ткань шаг за шагом скользила по моему лицу, спускалась к линии челюсти и очерчивала шею, пока не остановилась у самой ключицы. Постукивание пальцев Каллума по дереву сделалось совсем редким. Его тяжёлый, потемневший взгляд замер в той же точке. — Всё, я закончила, — я аккуратно сложила полотенце и оставила его на краю кровати. Каллум ещё какое-то время безмолвно изучал меня, а затем подался вперёд и взял со стола небольшую глиняную баночку со снадобьем. — Моей госпоже пора сменить повязку. Я потянулась было, чтобы забрать лекарство, но Каллум плавно отвёл руку назад, продолжая медленно вращать баночку в ладони. Поняв, что он не сдвинется с места, и взглянув на труднодоступную рану на своём плече, я безмолвно признала его правоту. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы справиться со смущением, после чего я тихо прошептала: — Что ж.… тогда я доверяюсь тебе. Я осторожно ослабила завязки своего платья. Помедлив, я потянула тонкую шёлковую сорочку вниз, оголяя руку до самого локтя. * * * Каллум Рейн Она послушно потянула тонкую ткань сорочки вниз, обнажая руку до самого локтя. Моему взору открылось её хрупкое плечо, изящный изгиб ключицы и край абрикосово-розового шёлка с искусной вышивкой. Её кожа была ослепительно белой и нежной, словно первозданный нефрит, и оттого багровая, воспалённая рана от отравленной стрелы казалась уродливым, святотатственным клеймом. Кто-то посмел оставить след на том, что принадлежало мне. Одной этой мысли хватало, чтобы внутри меня вновь заворочалась тёмная, удушливая ярость, требующая чужой крови. |