Книга В черной краске становишься черным. Том 2, страница 33 – Юй Сы

Мо Хэ продолжал смотреть на него, не в силах поверить своим глазам. Он протянул руку к молодому человеку, а тот перехватил ее и сжал его ладонь, задорно улыбаясь.

— Не хочешь угадывать? Ладно, не буду тебя томить… – Он вытащил вторую руку из-за спины. – Та-да, я купил тебе танхулу! У смертных какой-то праздник, вот они и… Да чего ты не берешь, это тебе!

Мо Хэ всунули палочку с карамелизированным боярышником в ладонь, и молодой человек упер руки в бока, задирая свой прекрасный нос к небу.

— Ну? Разве я не заслужил благодарности? Что же ты все молчишь?

У Мо Хэ вдруг перехватило дыхание, а в горле встал ком. Он продолжал смотреть на молодого человека перед собой, который беззаботно что-то болтал и разглагольствовал, не замечая мрака в глазах собеседника.

— Шаньцзю^[53]… – наконец выдохнул он.

— А? – Юноша по имени Шаньцзю обернулся к нему и улыбнулся во весь рот. – Чего ты зовешь меня, я же здесь?

— Шаньцзю… – Горло Мо Хэ сдавило с такой силой, что он поднял ладонь к лицу, закрывая глаза. Он стиснул зубы. – Ты… нет, тебя больше нет. Это просто сон.

— Что за глупости, Синьчжи? Не пугай меня. Разве это похоже на сон?

Мо Хэ приоткрыл глаза и мутным взглядом сквозь пальцы увидел, как Шаньцзю с обеспокоенным видом шагнул к нему.

А затем Мо Хэ сделал шаг назад и рухнул спиной в пропасть белых облаков. Свист ветра в ушах продлился мгновение, прежде чем даос открыл глаза в спальне и еще долго смотрел в потолок.

В лечебнице Се Юньци и Гу Вэньвэнь не удалось узнать ничего нового – дела обстояли так, как и рассказал капитан Чжу: люди заражались, страдали несколько дней и умирали. Кто-то мог протянуть подольше, кто-то умирал через пару дней, но исход был одинаков.

И все равно в лечебницу выстроилась длинная очередь, которой не видно конца.

— Это лечебница клана Лу? – спросил Се Юньци, рассматривая большой зал, в котором в ряд стояли кровати с больными. Лечебница была переполнена, люди размещались даже на полу, в галереях и в небольшом внутреннем садике.

— Да, помимо постижения бессмертия, клан Лу также издавна занимается врачеванием и открыл лечебницы почти по всей Поднебесной, – кивнула Гу Вэньвэнь. – Однако в них работают обычные лекари, которые изучают древние медицинские техники клана Лу. Пилюли и снадобья совершенствующихся малоэффективны для простых людей, но иглоукалывание и другие методы вполне работают. Клан Лу – один из самых добродетельных в мире, позволяет простым людям бесплатно изучать свои техники. При каждой такой лечебнице открыта школа для любого желающего стать врачом.

— М-м, – протянул Се Юньци, сдерживая насмешку. На чужой территории окатывать хозяина презрением глупо, будь он хоть трижды достопочтенным демоном. Если все обстояло именно так, как говорила Гу Вэньвэнь, то клан Лу должен был давно прославить своих предков и всей семьей вознестись на Небеса за неизмеримые заслуги. Однако вот же они: все еще сидят в своих горах Хуа и совершенствуются. Се Юньци всегда подозревал в праведных заклинателях самое дурное, а потому не верил в истинную добродетель. Кто стал бы трудиться на благо человеческого рода бескорыстно и беззаветно?

Только настоящий идиот. У всех всегда были тайные мотивы.

Гу Вэньвэнь ни о чем подобном не думала. Она заметила среди лекарей нескольких молодых заклинателей в клановых цветах Лу – белые широкие халаты с оленем на груди, – наверняка они прибыли с дядей Лу в Шанло на помощь. Двое юношей, похожие на ее знакомых, в платках и с обмотанными рукавами руками, пытались утихомирить какого-то старика, но у них ничего не выходило: толстяк, укутанный, как мумия, вырывался, будто одержимый.