Книга В черной краске становишься черным. Том 2, страница 86 – Юй Сы

— А куда пропал А-Юнь? – спросил как бы между прочим Лу Уюэ, потому что отец буравил его мрачным взглядом.

Внимание старика тут же переключилось на пустое место, и он сдвинул брови. Мо Хэ многозначительно посмотрел на друга, и Лу Уюэ подумал о том, что влияние несчастливой звезды в его бацзы снова перевешивает влияние счастливой.

— От имени своего второго ученика я приношу извинения перед главой Лу за неучтивость. – Мо Хэ сложил перед собой руки и сделал небольшой поклон.

— Может, он заснул, – брякнула Гу Вэньвэнь, чтобы разрядить обстановку.

Лу Си фыркнул, всем своим видом показывая, насколько он не верит в эту отговорку и как это невежливо, некрасиво и попросту непочтительно – опаздывать на пир, который был устроен специально для гостей…

Впрочем, к счастью для некоего достопочтенного, Лу Минчуаню было наплевать на мнение ученика своего сына, поэтому он просто кивнул и сказал:

— Тогда начнем без него. – Он поднял свою чашу с вином в сторону Мо Хэ и произнес: – Даочжан Сюаньи, для меня честь принимать вас в…

Закончить ему не удалось, потому что двери распахнулись и порыв холодного ветра ворвался в комнату. Все замолчали и повернулись ко входу. В зал неторопливо вошел Се Юньци в темно-красном халате и рыжей меховой накидке. На фоне остальных – даже Лу Уюэ, который при отце старался одеваться попроще, – он казался богатым молодым господином, зашедшим не туда.

— Нижайше прошу прощения, этот ученик опоздал и опозорил Учителя. – Се Юньци расплылся в сладкой улыбке и небрежно отвесил Мо Хэ поклон. Затем он повернулся к хозяину пира и повторил жест. – Се Юньци извиняется и перед даочжаном Янгуем за опоздание.

Несмотря на слова, вся его фигура выражала такое наплевательское отношение к происходящему, что Мо Хэ еле заметно вздохнул. Ему вспомнилось первое впечатление об этом молодом человеке – разодетый наглый павлин, – и сейчас перед ним стоял именно такой юноша. Правда, с некоторой оговоркой – нынешний Се Юньци казался расслабленным и довольным, будто наелся досыта. От него исходила упругая аура силы и высокомерия. Словом, его ужасно хотелось поколотить. Даже несмотря на то, что этот верхний халат купил он, Мо Хэ. Вернее, получил за талисманы в Шанло.

Лу Минчуань равнодушно махнул рукой:

— Можешь сесть.

Се Юньци проплыл к своему месту и откинулся на локти, развалившись на подушках. Пряди из его небрежного хвоста разметались по плечам, глаза были полуприкрыты, а губы изогнулись в легкой усмешке – казалось, будто он заявился в публичный дом, а не на пир к клану Лу.

Лу Минчуань окинул взглядом второго ученика великого даочжана Сюаньи и снова посмотрел на Мо Хэ. В его глазах тот прочитал абсолютное непонимание: как Алый клинок Небес умудрился взять в ученики такого невоспитанного дурака – его вынудили? шантажировали? Возможно ли, что даочжану Сюаньи нужна помощь?

Мо Хэ еле заметно покачал головой и поднял свою чашу.

— Позвольте выпить за вас, даочжан, спасибо вам за приют.

Гу Вэньвэнь между тем наклонилась к Се Юньци и тихо спросила:

— Ты что, пьян?

Тот лениво перевел на девушку взгляд.

— С чего ты взяла?

— Ведешь себя как… – Она помедлила, подбирая слово. – Как шелковые штаны!^[96] Это же даочжан Янгуй! Его нельзя злить! – прошипела она и покосилась на старика на возвышении.