Книга В черной краске становишься черным. Том 1, страница 123 – Юй Сы

Се Юньци и Тао У будто нерешительно застыли за пределами этого круга, и Мо Хэ крикнул:

— Не подходите, это трупная ци!

Оба демона послушно «отступили», хотя и так не горели желанием лезть под раздачу, потому что светлая энергия Мо Хэ причиняла бы им гораздо больший вред. Теперь же они нашли повод уклониться от боя и скучали у стен, не мешая сражению. Не хватало только тыквенных семечек.

Уйдя в очередной раз от удара, Мо Хэ случайно посмотрел за спину Лю Бяо и увидел ту статую. Только тогда он понял, что именно ему кажется знакомым в этом бое, – плотность ци и злобность цзянши были сопоставимы с Владыкой демонов. Та древняя битва давно стала частью истории, и лишь избранные из ныне живущих могли припомнить ее, но он – непосредственный второй участник великого сражения – мог воспроизвести в памяти каждое мгновение, потому что это было величайшее и самое печальное достижение в его жизни. И сейчас, триста лет спустя, он снова столкнулся с призраком прошлого в виде озлобленного мертвеца.

Сколь многое еще в мире будет напоминать ему о прежнем Владыке демонов? Сколько раз еще он…

Цзянши вдруг взревел что есть мочи, и когти его оставшейся руки впились в плоть правого запястья Мо Хэ. Хрупкие кости, которые только-только зажили, хрустнули с таким отчетливым звуком, будто вокруг стояла мертвая тишина.

— Учитель! – со слезами на глазах всхлипнула Гу Вэньвэнь.

— Даочжан! – с самым искренним видом бросился вперед Се Юньци, втайне потирая руки. Он поднял меч, но промахнулся, неумело ударив цзянши по плечу. Тот пошатнулся и злобно обернулся на него. Этого мгновения Мо Хэ хватило на то, чтобы отцепить от себя Лю Бяо и вскинуть левую руку с мечом. Белые ножны будто раскалились, и алая жемчужина на рукояти засияла.

В глазах Се Юньци мелькнуло предвкушение – неужели даос наконец достанет меч? То же предвкушение, против воли, появилось и во взгляде Гу Вэньвэнь, да и Тао У сделал шаг ближе, поднимая парные сабли.

Но Мо Хэ не достал меч. Алая ци клинка вспыхнула сквозь костяные ножны, и Лю Бяо с воем отшатнулся, будто свет причинял ему немыслимую боль. Волна прошла через его тело и рикошетом ударила по Тао У и Се Юньци, отзываясь болью во всех органах. Лю Бяо пошатнулся, его ноги подогнулись, и он тяжело осел на пол, упираясь единственной рукой, чтобы не рухнуть плашмя.

— Что за… – тихо пробормотал Тао У и бросил взгляд на Третьего брата, но тот остекленело смотрел вперед, будто забыв, где находится.

Это показалось Тао У странным, и он уже шагнул вперед, собираясь если не добить даоса, то хотя бы поднять цзянши с колен. Но тут за дверью усыпальницы послышались звуки: низкое рычание и копошение.

Се Юньци очнулся и наконец поймал взгляд Второго брата – только что в момент потрясения они ослабили контроль над армией мертвецов, и те оказались предоставлены сами себе. По-видимому, эти мертвые солдаты никогда не имели свободной воли, поэтому сквозь приоткрытую дверь виднелись их оторопелые и недоуменные прогнившие лица, глядящие в их сторону.

Се Юньци тут же обернулся к Мо Хэ. Даос тяжело дышал, прижимая к груди сломанную руку, но его ножны пылали ярко и ровно, совсем не выдавая признаков того, что он устал. Но он устал, он точно ослаб. Зрачки Се Юньци сузились: сейчас или никогда.