Книга Огнем и Мечом, страница 2 – Владимир Бабкин, Виталий Сергеев

Да и что такое немецкий язык? Набор слов народов и наречий. Сейчас Германии нет, в моём, классическом, понимании. Есть Священная Римская империя германской нации. Куча королевств и герцогств. Типа моей Гольштинии. Или Лины родного Дармштадта. Пруссия — крупнейшее королевство. Оттого остальные немцы пруссов не любят. Но, что такое Пруссия в сравнении с Россией? Пусть не пыль на сапогах, но били мы немцев не один век. И флаг с Серпом и Молотом над Рейхстагом тоже не вдруг появился.

— Gefällt dir das Stück?

Кивок Лины. Каролины Луизы Гессен-Дармштадской. Екатерины Алексеевны. Императрицы Всероссийской.

— Вполне сносная пьеса, кстати.

Человек, в моём лице, у которого титулов столько, что бумаги не хватит для описания, усмехнулся и поинтересовался:

— Kann ich noch schlafen?

Размечтался. Спать удумал в театре. Жена закономерно покачала головой.

— Нет. Спать я тебе не дам. Не позорь меня.

— Und abends?

— И вечером спать не дам. И даже не надейся. У меня на тебя сегодня другие планы.

Сокрушённо:

— Es klang wie eine Bedrohung.

Смех.

— А это и не угроза. Бойся-бойся.

— Kaiserin, ihr seid voller Glück und Freude.

— Даже не сомневайся. Ты — мой. А меня ты знаешь. Я получу своё.

— Ich liebe dich.

— И я тебя люблю, Peter.

Верю в это.

Два года я на Троне. Удивительно, но мы с женой как-то поняли друг друга и не конфликтовали почём зря. Слишком много у нас врагов вокруг, чтобы ещё и между собой кусаться. У нас всё степенно. Родился Михаил. Третий сын. Каролина вновь беременна. Пусть и в начальной стадии. Если Бог даст, то будет Александр. Или, если Он же даст — будет Ольга.

Мы не собирались ещё заводить детей, но, так получилось. Думаю, что новой Лейб-акушерке Адриане Ван дер Шаар ещё не раз придётся у Лины роды принимать. Каролина хочет большую семью. Да и я тоже.

Монархи не так часто погибают на войне. Но, случается и такое. Не так уж и редко. Мне нужно надёжное наследование моего Престола. Даже двух. Пока двух, включая Голштинский. Россия же ещё раз может и не пережить Эпоху Дворцовых переворотов.

Я так точно не переживу.

Балы, пиры и охоты?

Ночь, улица, фонарь, аптека,

Бессмысленный и тусклый свет.

Живи еще хоть четверть века —

Всё будет так. Исхода нет.

Умрёшь — начнёшь опять сначала

И повторится всё, как встарь:

Ночь, ледяная рябь канала,

Аптека, улица, фонарь.

Бессмертный и не родившийся Блок словно про меня написал. Умрёшь — начнёшь опять сначала. И повторится всё, как встарь.

КОРОЛЕВСТВО ФРАНЦИЯ. ВЕРСАЛЬ. БОЛЬШОЙ ТРИАНОН. САДОВЫЙ САЛОН. 11 декабря 1753 года.

— О, Шарль! — радостно «удивился» Луи, — вы как всегда вовремя, не составите мне партию?

— Ваше Королевское Величество, — вошедший граф сделал реверанс и обнажил голову перед своим сюзереном.

— Ах, оставьте! — жеманно махнул рукой Людовик Возлюбленный, — игры у нас не получится, вы, Шарль, излишне благоразумны, не то что Франсуа-Андре. Как он, кстати, в Петербурге?

Король сделал удар по шару, стараясь загнать его в арку. Ему это удалось и он отложил клюшку-кий.

Вернувшийся из Варшавы Шарль-Франсуа граф де Брольи и маркиз де Руффек снова склонил голову. Играть с Королем в бильярд было бы опрометчиво. Людовик XV не любил проигрывать, но хотел «настоящей игры».

— Господин Филидор, Ваше Королевское Величество, хорошо освоился в русской столице.