Книга Зимний дом, страница 77 – Кэрол О’Коннелл

— Он мог бы вернуть Рыжую Зимнер домой еще сорок лет назад, — кивнула Мэллори.

— Я никогда не расскажу ему об этом.

— Мы не должны так встречаться. Что скажут люди!

— Да, мадам, — полицейский Брилл галантно улыбнулся последним словам Недды, которые вышли из моды еще до ее рождения. Открыв дверь подвала, он включил фонарик. Недда спустилась за ним. Желтый луч скользнул по битому стеклу на полу. Брилл выбрал приглянувшийся осколок и положил в пластиковый пакет.

— На стекле кровь?

— Да, мадам. Вы порезались?

— Руки целы, — она посмотрела на ладони. — А на ногах у меня туфли.

— Вы ведь никого не закололи, мадам?

— Нет, с этим покончено.

Вежливая улыбка Брилла сменилась широкой, настоящей.

— Рад слышать. — Он направил луч вверх, на разбитую лампочку. На одном из осколков, который все еще торчал из патрона, крови было больше. — Итак, будем искать высокого человека с перевязанной головой. На этот раз примет достаточно.

Они вернулись на кухню, и патрульный принял предложение выпить чаю, но настоял, что приготовит его сам. Казалось, кухня — его родная стихия. Недда подумала, что, возможно, у него есть бабушка ее лет. Предположение подтвердилось. Брилл жил в Бронксе, в большой семье, с бабушкой и дедушкой, о которых с любовью рассказывал. Он передвинул стул и пригласил Недду к столу.

Чайник засвистел. Брилл выключил плиту и стал разливать кипяток по чашкам, где уже лежали чайные пакетики. Заметив на кухонном столе карты Таро, он улыбнулся.

— Бабушка тратит десять долларов каждый понедельник, чтобы узнать судьбу.

— Это недорого. Наверное, она ходит к честной гадалке.

По выражению лица полицейского Недда поняла, что он воспринял ее слова как оксюморон. Разве может гадалка быть честной?

— Меня научила гадать на Таро одна старая женщина, — Недда достала карты из коробки. — Эти карты принадлежали ей, — она выбрала карту, которая больше всего подходила молодому полицейскому. — Это ваш двойник, Рыцарь Мечей. То, чем вы являетесь. А теперь подумайте о том, что вас больше всего тревожит, — она перетасовала карты. — Думаю, вас тревожу я, — Недда трижды сняла колоду и разложила карты в три стопки. — Соберите колоду и верните мне.

Он выполнил ее просьбу, но лишь для того — Недда видела это, — чтобы сделать приятное старой женщине. Он был человеком нового века и твердо верил, что все можно объяснить с научной точки зрения.

Она сняла верхнюю карту и положила ее на Рыцаря Мечей.

— Эта карта — сверху, — следующая карта легла рядом. — Эту поперек, она принесет добро или горе, — затем быстро, одну задругой, Недда выложила вокруг первых трех четыре карты по сторонам света, и еще четыре в ряд с одной стороны.

— И теперь вы скажете мое будущее.

— Нет, оставим это дуракам, — улыбнулась Недда. — Тем, кто ищет знаки там, где их нет, тем, кто видит Деву Марию в уродливой картофелине из продуктового магазина, а потом платит десять долларов, чтобы ее боготворить. Будучи дураком, он получает то, что заслуживает — опустевший кошелек, и ничего больше.

Недда накрыла руки полицейского своими.

— Вы не такой. Вы не хотели бы знать свое будущее, даже если бы верили, что такое возможно, — нет, этот мальчик не примет смерть, как нечто окаменевшее и неотвратимое. — Вы уже представляете свое будущее таким, каким сами его сделаете.