Книга Не про Любовь!, страница 5 – Нора Ольвич

«Самбери».

Бери. Сам! Здорово было бы не покупая. В подарок!!!

Как бы не так. Цены кусались.

Сам бери – сам плати…

Хотелось всего.

А особенно копчёной рыбки; не задумываясь, протянула руку. И отдернула, вспомнив сразу про рези в желудке. Она никогда мне не шла. Даже в молодости. А, впрочем, взяла разделанную нарезку и положила в корзину.

А далее продукты летели без остановки. Мороженое и дорогие само лепные пельмени от производителя, салаты с майонезом. Хотелось всего, прямо сейчас. Давно такого не было. Как же этот ужас скрыть от всевидящего ока матери?

Но и не съесть всё это я не могла. Жуткое чувство поглощало всю мою сущность. Мне казалось, что мой организм сможет переработать все! Меня тянуло изнутри. Ещё немного и, казалось, начнёт ломать кости.

Не ломить. Нет!

Ломать от невозможного голода.

Оставив корзину возле прилавка, пошатываясь, отправилась за водой. В отдалении стояло множество полок с нужным мне товаром. Желая положить в желудок хоть что-то, вытащила из сумочки витамины далёкой страны, которая славилась своими долгожителями.

Открыла баночку и, высыпав в пригоршню чего-то нереального, с названием 50+ обещающего женщинам вечное здоровье, со звериным аппетитом забросила всё в рот. Жевала, наслаждаясь, не чувствуя вкуса. Помогая заранее желудку всё это переработать, запивала водой из взятой с прилавка бутылки.

Замерла в ожидании.

Оглядывалась, видя мир немного с другого ракурса. Мне кажется, солнце взошло и засветило прямо в магазине спустя буквально несколько минут. Отдышалась.

— Женщина, это ваша корзина?

-Да. Извините за водой отошла.

— Вам нехорошо?

Девушка смотрела на мои руки. В них была пустая упаковка из-под витамина.

— Уже намного лучше. Не переживайте я расплачусь за воду. Лекарство вот закончилось. Жаль.

«- там же половина баночки было, господи».

Она с интересом смотрела на сиренево розовые иероглифы.

Не спеша, делая вид, что вспомнила нечто очень важное, выложила нарезку копченостей и ещё кое-чего обратно в холодильные установки. Решила многие продукты спрятать в машину, которую оставила на парковке возле дома матери. Скрывая энергию, опустив голову и переминаясь, вспоминала боли в суставе и как не могла без обезболивающих стоять на месте. Ловила себя на мысли, что прежде всего необходимо вести себя осторожно. Мне казалось, что я зверь, которого обложили со всех сторон охотники. Нечто давно уснувшие просыпалось во мне.

Древнее и вечное.

Повторяла заученные движения, почему-то боясь камер, что повсюду смотрели своими въедливыми глазками.

Отворачиваясь от ветра, старалась не смотреть на прохожих. Наконец-то я дома. Встретив во дворе совсем уже старенькую тётю Наташу, слушала, открывая домофон, про цены и вновь о кризисе.

Итак, я в квартире у мамы. В которой мы росли вместе с братом, и за все наши шалости наказания доставались именно мне.

— Долго тебя не было.

— Очередь в магазине.

— Там всегда так. Так и не научилась экономить. Одним днем живём, да? К чему столько накупила? В парикмахерской была?

— Нет. С чего бы?

— Вроде прическа изменилась.

Провела рукой по волосам.

«ничего себе».

Рука огладила шёлк волос как раньше. Они будто напитались самым лучшим в мире бальзамом.

— Сквозняк в проулке, как в трубу дует. Вся укладка к чертям.