Книга Дитя титанов, страница 90 – Джен Уильямс

— Видишь теперь, легкокостный? Видишь, как мы сильны? Твоей империи нечего предложить нам.

Каэто был впечатлен. Икарайн и ее стража вывели его из города через северные ворота. За ними начинался огромный Дикий лес, океан темно-зеленых деревьев, более древних и крупных, чем те, что растут в джунглях Хураки. И этот океан делила на две половины… пустота. Точнее, широченная просека, где развороченная земля была засыпана битым камнем. Просека уходила прямо на север до самого горизонта и дальше. Там всюду, на сколько хватало глаз, трудились люди и отанимы: одни оттаскивали в сторону поваленные деревья, другие разбивали валуны в щебень, а остальные копали, копали и копали повсюду. Прямо на глазах у Каэто трое отанимов поднялись в воздух, таща на веревках ствол огромного дуба.

— Дорога, – сказал посланник. – Признаюсь, ваше величество, я удивлен. Зачем нужна дорога тем, кто умеет летать?

— У людей такой неповоротливый ум! В этом вы почти как грифоны.

Икарайн подвязала свои длинные волосы цепью из титановой руды, которая блестела в слабом солнечном свете. Глядя на эти волосы, Каэто почему-то подумал о Феллдире.

— Малаким не может летать, посланник, а ведь он должен попасть на север, чтобы съесть кости грифонов. Мы строим дорогу ему.

Каэто не сдержался и спросил:

— Разве вам не проще было бы перенести его туда по воздуху? Простите, ваше величество, но, мне кажется, вы могли бы нести его одной рукой.

Острый запах свежесрубленной древесины мешался с запахом пыли.

— Что вам известно о нас, посланник? Отанимы – уникальные титаны. Это одна из причин нашего превосходства.

— Да, я кое-что знаю. – Каэто вспомнил умозрительные отчеты Тайли, вспомнил, как Феллдир, сидя в разрушенном замке, рассказывал Белизе о своем народе. Острая боль пронзила его грудь. Замок в Разломах показался ему вдруг таким далеким и таким милым. – Но я буду признателен вам за любую информацию, которой вам будет угодно поделиться со мной.

Икарайн хмыкнула.

— Малаким – мой сын, поэтому он необычный. Дети королев всегда необычны, в том или ином отношении. Признаюсь, поначалу, когда он родился без крыльев, я обеспокоилась. Я думала, что он урод. А еще он был такой маленький. Крошечный бледный червячок, да и только. Почти как человеческий ребенок. Представляешь? Мы давали ему лекарства, кормили его всеми мыслимыми продуктами, чтобы он рос, крепчал, становился похожим на отанима. Ничего не помогало. Он оставался крошечным и слабым. Пока однажды мой советник Ариэль не принес мне настойку, странную переливающуюся жидкость, которая блестела. Она пахла смертью, и это напугало меня.

Каэто изумленно взглянул на королеву. Ему было трудно представить, чтобы Икарайн боялась. Она усмехнулась.

— О да. Использование костей титанов в магических целях всегда запрещалось, посланник. Как и каннибализм. Все титаны в глубине души знают, что это неправильно. Я знала, что это за запах, поэтому испугалась. Но Малаким выпил ту настойку. И в тот же день вырос прямо на наших глазах. Он набрался сил. И впервые открыл глаза, все шесть. А потом снова перестал есть. Тридцать лет он не проявлял никакого интереса к еде, пока однажды снова не проголодался. Ариэль принес ему еще настойки, на этот раз побольше, и Малаким выпил ее и потребовал еще. Когда он доел все, что у нас было, Ариэль принес ему сырые кости, и мой милый мальчик принялся хрустеть ими. – Икарайн нежно улыбнулась.