Книга Ия, страница 15 – Павел Волчик

Я подтолкнул его вперёд.

— Идёмте! Неудивительно, что новость о ней дошла до самого города. Моя жена чудесно разбирается в цветоводстве и клумбах!

— Клумбах? – упавшим голосом повторил корреспондент.

— Да-да! Ведь вы сами сказали, что работаете в журнале «Очевидное и невероятное», так? Вот перед вами самая прекрасная клумба на свете. Это же очевидно! И просто невероятно, что ее сотворила самая обыкновенная женщина!

Он поглядел на островок цветов и совсем скис.

— М-да, красивая клумба.

Дети вокруг давились от смеха. К счастью, никто из них не выдал секрета. Неожиданно в игру вступила Мария и затараторила:

— Вы напишете о моём сокровище в журнале? Ох! Сейчас я вам обо всём подробно расскажу! Здесь лютики и фиалки. Фиалки я проращивала всю зиму на окне. Люпины ещё не зацвели. А туя вот здесь, справа, любит деревянную щепу…

После того как наш гость сбежал, получив вместо сенсации двух очевидных зануд и невероятно скучную клумбу, о нас надолго забыли.

Любые сплетни рано или поздно затухают, если не подкидывать в топку угля. Мы стали неинтересными, почти невидимыми для местных жителей.

Иногда, любопытства ради, заходил Крыжовников. Смотрел на Ию, вздыхал о чём-то своём. Раз в неделю наведывалась Варвара Петровна. Спрашивала о здоровье, угощала творогом и ягодами.

А когда они уходили, мне казалось, что мы остались одни на краю света. Совсем одни.

Нет ничего злее деревенской скуки. Она приходит как ноябрьский ветер, тушит огонь в печи, превращает светлый дом в мрачную пещеру. Скуку городскую можно легко преодолеть: выйти на оживлённый проспект, почувствовать, как пульсирует земля под ногами, как гуляет воздух, движимый потоками людей. А когда ты один на один с заснеженными полями, скука наваливается на тебя всей громадой небес. Вот почему здесь так воют волки…

Я всё больше хотел вернуться в город – когда пилил на станке брёвна на доски, когда вдыхал запах душистой стружки, когда возвращался домой и говорил Марии, что заказов нет и нам нечем платить за бензин и электричество.

Но о городе нечего было и думать. Мы не могли себе позволить выбраться даже в ближайший посёлок. Кто-то всё время должен был следить за Ией.

Однажды я вернулся домой раньше обычного и увидел на крыльце Марию. Она сидела с низко опущенной головой, обхватив колени руками.

— Я так больше не могу. С ума схожу, – всхлипнула она. – Мне жить не хочется.

— Что, опять?

— Зоя только вернулась. Мы поругались. Звонили из школы.

— Снова где-то болтается вместо уроков? Ну я ей устрою!

— Устрой. Только ведь она тоже от скуки воет. Мы уже два года никуда не выходили. И потом не забывай, она уже не маленький ребёнок. Зоя превращается в девушку. Сегодня до дома её провожали сразу двое.

— Вот как… – рассеянно протянул я.

И тут мне в голову пришла идея.

— А поехали в кино? Все вместе! Прямо сейчас. Сегодня премьера «Серебряной бритвы».

Жена вздохнула.

— Мы не можем. У нас же Ия…

— Ну и что? Немного побудет одна. Ничего страшного не случится.

Мария насупилась. Кажется, внутри у неё шла какая-то борьба.

— О чём фильм?

— О каком-то супергерое. Как раз, чтобы отключить мозги.

Жена поднялась, разгладила складки на одежде.

— Нет.

— Почему? – воскликнул я, чувствуя, что начинаю закипать.

— Потому что я не могу променять её на фильм о супергерое.