Книга Прайм-тайм, страница 102 – Максим Шаттам

— Такое бывает редко?

— Когда абсолютно ничего не знаешь о противнике? Да, к счастью, редко. Такой тип захватчиков в масках, наряду с психами, – самые непредсказуемые, с той только разницей, что первые действуют по плану. И нам придется тянуть время, чтобы угадать его нутро, заставить его раскрыть карты. Слишком много параметров ускользает, и это для нас опасно.

Шарлен кивнула: все понятно. Потом спросила:

— Если бы для спасения жизни заложников пришлось заплатить выкуп, вы бы это сделали?

— Не я принимаю такие решения, это происходит на высшем уровне – на уровне министра или даже президента после совещания с советниками, включая нашего генерала, который проинформирован о ситуации на месте.

— Но если мы не сможем разблокировать эту ситуацию и выкуп станет единственным способом помешать ему убивать?

Янис поморщился:

— Мы заплатим, если это абсолютно необходимо. Но… – Его лицо помрачнело.

— Но что?

— Государство никогда не позволит преступнику уйти с выкупом. Никогда.

Шарлен поняла посыл.

— Нельзя создавать прецедент, это было бы катастрофой для Франции, – резюмировала она.

— Прежде всего это спровоцировало бы множество новых захватов заложников. Но государственные интересы всегда будут превыше всего, так что нет, Кратос не сможет уйти со своими деньгами. Ни под каким предлогом.

Шарлен поняла все, что под этим подразумевалось.

— Значит, нет никаких шансов, что все закончится хорошо?

Янис посмотрел ей прямо в глаза:

— Наша задача – сделать так, чтобы он не дошел до убийства, чтобы мы смогли заставить его сдаться.

— Иначе вы его нейтрализуете…

Шарлен кивнула, немного потрясенная грузом ответственности, который она только что взвалила себе на плечи. Теперь она должна выложиться по полной. Они снова принялись наблюдать за Кратосом, его жестами, выискивая малейшие признаки того, что ему становится жарко, и тут Дан воскликнул:

— О-го-го-го! Вы должны это увидеть! Марван, выведи нам «Франс-24» на монитор.

Режиссер набрал что-то на клавиатуре компьютера, затем на пульте, и на главном экране появился прямой эфир канала «Франс-24».

Парень лет двадцати, стоя на тротуаре, глубокой ночью, окруженный микрофонами и камерами, толкал речь.

— Поскольку ни государство, ни мультимиллиардная компания вроде «Медиаплекса» не хотят взять дело в свои руки и спасти жизни, мы решили взять его на себя, – страстно вещал он.

Следователь Франк пригладил усы и спросил ошеломленно:

— Что это за клоун?

Молодой человек повернулся лицом к камере, глядя прямо в объектив, и добавил:

— Мобилизуйтесь! Потому что все вместе мы сможем освободить Поля Даки-Феррана и его семью.

Молодой человек с виду был похож на студента, изучающего политологию: аккуратно одетый, безупречный воротничок рубашки, пиджак, украшенный значком с переплетенными флагами Палестины и Израиля. «Франс-24» добавила подпись в кадре: «Краудфандинг для Поля Даки-Феррана».

Молодой человек обращался прямо в камеру:

— Мы не можем мириться с тем, чтобы во имя государственных интересов убили человека, и особенно потому, что акционеры-миллионеры отказываются раскошелиться и пожертвовать частицей своего состояния, спасая жизнь того, кто способствует их обогащению! Вот почему я запустил народный сбор средств – пусть каждый, кто хочет спасти этого человека, внесет, кто сколько сможет, и тогда мы предложим другое решение!