Книга Прайм-тайм, страница 12 – Максим Шаттам

На этот раз тема была не стратегической, а эмоциональной.

Подполковник Фризбур встал и подошел к доске, чтобы оказаться возле Тонио, глаза которого все еще были красными от слез.

— Ты действовал правильно, – сказал он ему. – Ни единой ошибки. Ты не мог действовать иначе, чтобы предотвратить то, что случилось. Парень хотел покончить с собой. Но у него не хватило мужества сделать это самому, поэтому он заставил тебя.

Тонио кивнул, но стиснул зубы.

— Я должен был обезвредить его, но не убивать, – с трудом выдавил он.

— Это работа переговорщиков, а не твоя, Тони, – сказал кто-то из группы, сидевшей перед ним.

В комнате было двадцать человек. Но Янис Амар принял это на свой счет.

Янис был опытным переговорщиком. И действительно, именно ему доводилось справляться с подобными кризисными ситуациями, когда предоставлялась такая возможность. Он хотел сразу же возразить, но в силу профессиональной привычки сдержался, чтобы оценить ситуацию. Обычно парни не так легко ломаются даже во время жестких разборов. Тонио делал то, на что осмеливались очень немногие оперативники: он ослаблял контроль, давал выход эмоциям. Большинство наглухо закрывались в своей скорлупе и переходили от одной операции к другой с хладнокровием, не уступавшим собранности и эффективности. Это не означало, что они не испытывали никаких эмоций, просто они научились держать их во внутренней зоне, недоступной для внешнего мира, – во всяком случае, не засвечивали их перед напарниками.

Им полезно увидеть, что один из них, и, главное, молодой боец, для которого это был первый смертельный выстрел, не смог сдержаться, подумал Янис. Это напомнит им, что они люди, а не машины.

Подполковник Фризбур властно взглянул на переговорщика, словно приказывая ему молчать, и ответил вместо него:

— Чтобы переговоры состоялись, нужно еще иметь возможность что-то произнести. А здесь вооруженный преступник открыл огонь, как только вы заняли позиции. Тонио, ты сделал то, что требовалось, чтобы не подвергать опасности ни себя, ни свою штурмовую группу. Янис, можешь объяснить им, как это называется?

— Suicide by cop, – ответил аджюдан Амар. – Это выражение пришло из Соединенных Штатов, где такая практика широко распространена. Люди, в девяноста пяти процентах случаев мужчины, не решаются убить себя сами, поэтому провоцируют полицию, чтобы добиться того, чего хотят. И когда они решительно на это настроены, они не оставляют никакой возможности для переговоров. Они не колеблясь стреляют в представителей правопорядка, случайные жертвы их вообще не волнуют, если это гарантирует, что их застрелят в ответ.

Янис знал, что повторяет то, что все уже слышали во время подготовки, но никогда не мешает напомнить, что существуют ситуации, когда вовремя выстрелить – это единственный выход, иначе пулю получишь либо ты сам, либо невинная жертва, которая ни о чем таком не просила.

Янис бросил взгляд на товарищей. На этом разборе присутствовала вся С3, третья бригада. Они находились на второй степени готовности, то есть были относительно свободны, никаких операций на сегодня не планировалось.

Спецназ функционировал по кодам, по аббревиатурам. Так было проще и быстрее.

Вторая степень готовности предназначалась для секции, которая находилась во втором эшелоне. Если где-то на территории возникала проблема, чрезвычайная ситуация, требующая вмешательства, бригада второй степени готовности должна была выехать менее чем через два часа, но она была резервной. При второй степени готовности бойцы в основном занимались заранее спланированными операциями – задержаниями, перехватом go-fast…^[7]