Книга Прайм-тайм, страница 2 – Максим Шаттам

Снова заурчало в животе.

Холодильник пустой, но это не страшно. Даже полезно для поддержания хорошей формы. К тому же телевизионный экран заметно полнит, и, если Поль хочет выглядеть стройным, он должен следить за тем, что ест, а «ни крошки во рту» – только на пользу имиджу.

Огромный вал обрушился на скалы под домом, взлетев белой пеной в угрюмое ноябрьское небо. Гигантская, яростная волна рассыпалась в воздухе, точно сверхновая звезда, окропив брызгами даже «тропу таможенников», проходившую под эркером. Несколько капелек долетели до самого окна.

Поль наблюдал за тем, как они скользят вниз по стеклу прямо у него перед глазами, по воле притяжения. Иногда ему приходило в голову, что точно так же устроена его жизнь: она подчинена какой-то неведомой силе – ведь командует не он, а какая-то энергия извне – нет-нет, не божественная, Поль не был верующим, а, скорее, коллективная, словно масса живых существ могла, сама того не ведая, направлять ход мироздания и руководить не только им самим, но и остальными. Как известное медийное лицо, он подчинялся диктату большинства. Полный идиотизм. Нелепо воображать себя жертвой, особенно человеку, добившемуся такого успеха. Никто его не принуждал, – напротив, он провел годы в борьбе, вкалывая до полного изнеможения, чтобы добраться туда, где был сейчас: удача ему сопутствовала, а порой он сам мог притягивать к себе эту удачу. Он заплатил за это двумя разводами и язвой желудка. И все же чем больше проходило времени, тем острее он ощущал, будто теряет часть самого себя, свою истинную свободу воли, возможность быть тем, кем хочется и когда хочется. Неужели это и есть цена славы? Жить под постоянным контролем – имиджа, слов, облика, послания, которое транслируешь. Даже символически. Все продумывать, заранее все предвидеть и никогда не иметь возможности плыть по течению, быть легким, беспечным, обыкновенным…

Поль понимал, что не имеет права так говорить. По крайней мере, не в том положении, где умудрялся держаться уже больше десяти лет. Успех, популярность, деньги – эта святая троица мнимого счастья – запрещали ему выпячивать свои душевные терзания в мире, где страдали все. Преуспевающим людям не подобает жаловаться. Поэтому он преодолевал сомнения и усталость, пытаясь запрятать их как можно глубже.

В темном экране айпада на журнальном столике отражалось небо. Экран притягивал его. Просмотреть прессу, полистать новости. Как ведущий вечерней программы, он никогда надолго не отключался от информации. Помедлив, Поль встал и направился в кухню. Выпив стакан воды, он взглянул на раскинувшийся внизу сад – потрясающие гортензии, которые посадила Анисса, образовывали цветные островки, похожие на большие мягкие подушки, куда хотелось упасть и лежать, не двигаясь. Когда они уедут в Париж, садовник будет их поливать.

Затем он взглянул на улицу за садом. Никого. Поль заметил припаркованную напротив ворот, чуть поодаль, черную машину и разглядел два силуэта на переднем сиденье. Какая наглость – окопаться так близко от его дома! Теперь они даже не дают себе труда прятаться! Пятидесятилетний журналист не хотел портить себе день – стоит ли превращаться в параноика из-за каких-то папарацци? – поэтому предпочел проигнорировать их и вернулся в гостиную.