Книга Умереть за искусство, страница 116 – Питер Джеймс

— Дэниел Хегарти, – произнес Грейс.

— Что с ним?

— Он живет в том доме, рядом с которым нашли тело.

— Серьезно? Ты это уже выяснил? – удивился Гленн.

— Элементарно, мой дорогой Брэнсон. Разве первое правило полицейского не гласит: «Внимательно смотри под ноги»?

Фрейя Киплинг полулежала на раскладном диване, в одной руке бокал красного вина, в другой – роман «Там, где раки поют» Делии Оуэнс. Гарри с банкой лагера сидел рядом, наблюдая за повтором передачи «Матч дня» – его команда, «Брайтон-энд-Хов Альбион», обыгрывала «Норвич» со счетом 2:0. Том в своей комнате играл с друзьями в онлайн-игру, и Фрейя заглянула в приложение «ЛибрЛинк», проверяя уровень сахара в крови сына. 8,9 ммоль/л. Верхняя граница нормы, но допустимо.

Они с Гарри провели утро на трех разных барахолках и вернулись с небольшими трофеями. Он приобрел старинную пустую жестяную банку от сигарет «Плеерс медиум нейви кат», крошечную бронзовую статуэтку гольфиста с клюшкой в замахе и брайтонскую гравюру в удивительно хорошем состоянии – изображение старой злополучной «морской» железной дороги с платформой на высоких опорах. В народе ее называли «косиножка». С 1896 по 1900 год она курсировала над Ла-Маншем вдоль набережной Брайтона между Кемптауном и Роттингдином, прежде чем пути были разобраны. Фрейя купила две парные фиолетовые стеклянные вазы, которые продавец величал викторианскими, и серебряный набор для соли и перца.

Гарри втайне надеялся обнаружить какие-либо следы картин из цикла «Времена года», но успеха не достиг. К облегчению Фрейи, он наконец начал склоняться к мысли выставить Фрагонара – или возможного Фрагонара – на крупный аукцион. «Сотби», «Кристи» и «Филлипс» проявляли интерес и регулярно присылали информацию о предстоящих торгах.

По окончании матча Гарри поставил банку на журнальный столик, обнял Фрейю за плечи и дотронулся носом до ее уха. Она усмехнулась, прекрасно понимая его намек. А почему бы и нет? Чтение, пусть даже такое увлекательное, можно отложить. Даже спустя столько лет она все еще находила его неотразимым.

Ощутив возбуждающее покалывание внизу живота, Фрейя отставила бокал, закрыла книгу и повернулась к мужу для поцелуя. Она была уверена, что увлеченный игрой Том сейчас от компьютера не отойдет.

В этот момент зазвонил домашний телефон.

Фрейя потянулась к трубке, но Гарри удержал ее руку.

— Позже, детка. – Он снова коснулся ее уха и прошептал: – Сейчас не время для звонков. Наверняка какие-нибудь страховщики желают сообщить, что с нами будет, если мы попадем в аварию.

— Может, это папа? По воскресеньям он иногда скучает.

Гарри хорошо относился к старику. Мать Фрейи умерла два года назад, и ее отец с тех пор стал как потерянный, однако яростно цеплялся за свою независимость, отказываясь переехать к ним из Скарборо.

Взяв со стола беспроводную трубку, Гарри увидел надпись: «Номер скрыт». Пару секунд поколебался, затем ответил:

— Дом Киплингов, говорит Гарри Киплинг.

Звонил не тесть. Гарри услышал голос незнакомца, очевидно тоже пожилого человека, говорящего с мягким размеренным американским акцентом.

— Добрый день, сэр, – вежливо начал он. – Прошу прощения, что помешал в выходной день, но мне известно, что вы владеете картиной, являющейся качественной копией работы французского художника Жана-Оноре Фрагонара. Я прав?