Книга Умереть за искусство, страница 178 – Питер Джеймс

И тут Хегарти увидел свой шанс.

Хотя ему было поручено создать одну копию, чтобы Киплинги могли повесить ее в гостиной в качестве страховки, а оригинал хранить в безопасном месте, пока не будет установлена его подлинность, Хегарти искусно изготовил две. Первая копия, для стены в гостиной, представляла собой точную репродукцию хорошего качества, однако любой мало-мальски смыслящий в искусстве человек легко распознал бы в ней подделку. А вот второй копией Хегарти по праву гордился. То была одна из лучших его работ. Настоящий шедевр!

Он использовал многолетний опыт в подделывании произведений искусства, включая свой знаменитый прием: замешал в пигменты несколько волокон ткани от блузы середины 1700-х годов. Материалом его снабдил приятель, работавший в Брайтонском музее.

Добавив несколько штрихов на оборотную сторону холста, Хегарти оставил оригинал у себя и отдал обе копии счастливому Гарри.

План был прост. В конце концов Гарри Киплинг попытается продать картину, вероятно, через крупный лондонский аукционный дом, где она подвергнется тщательному изучению – радиоуглеродному датированию, анализу спектрограмм и оценке эксперта по Фрагонару. Этот эксперт, а Хегарти прекрасно представлял, кого туда пригласят, объявит картину подделкой из-за техники мазков – свидетельства, которое Хегарти оставлял намеренно и очень тонко то тут, то там.

Замысел копииста состоял в том, чтобы в будущем извлечь на свет божий тайно сохраненный оригинал, который, как он был уверен, написан самим Фрагонаром. Хегарти придумает убедительный провенанс и тихо продаст шедевр клиенту-миллиардеру из России или Китая за приличные деньги. Сумма будет достаточной, чтобы больше никогда не работать.

Миллионы!

Но он не рассчитывал, что появится владелец трех других картин цикла – «Весны», «Осени» и «Зимы». Этот господин проделал серьезную работу. И Хегарти нисколько не сомневался, что столь страстный коллекционер не остановится перед убийством, чтобы заполучить четвертый оригинал.

Не пройдет много времени, и Пайпер отправится к Киплингам, так же как он явился к нему в дом, подумал Дэниел, ощутив укол вины. И когда Пайпер возьмет в руки картину, он поймет, что ему подсунули копию.

Хоть и чертовски хорошую.

И он сложит пазл, простой как дважды два.

Хегарти любил свою жену Натали и любил жизнь. Он никогда не встречался со Стюартом Пайпером, но знал о его репутации. Билли Кисточка рассказывал о двух арт-дилерах, погибших в результате несчастного случая, и оба инцидента, по слухам, были подстроены Пайпером. Возможно, список смертей этим не исчерпывался. Хегарти по криминальному опыту знал, что с одними негодяями можно иметь дело, а с другими – нет. Последние убьют не задумываясь, если не дашь им то, чего они хотят. Стюарт Пайпер был именно таким.

Высоко в облаках послышался гул самолета. Вероятно, он летел из Гэтвика и направлялся на юг. Может, Хегарти так и поступить – улететь куда-нибудь на юг с Натали и затаиться на время? Но у него была куча заказов, над которыми нужно было работать, и он знал, что бегство от такого человека, как Пайпер, никогда не даст полной свободы, только отсрочку. Рано или поздно Хегарти найдут.

Его отвлекла какая-то трель. Рингтон.

Недоумевая, кто же мог звонить в такой час, он вытащил телефон из кармана и посмотрел на дисплей. Гарри Киплинг.