Книга Рецепт по ГОСТу. Полярная звезда Мишлен, страница 35 – Вадим Фарг, Ольга Риви

Гаврилов медленно повернул голову в мою сторону. Его рыбий взгляд скользнул по моей брендовой куртке и остановился на лице. Никакого интереса. Лишь холодная оценка стоимости актива.

— А это, как я понимаю, наша приглашённая звезда, — ровным тоном произнёс он. — Марина Владимировна Вишневская. Наслышан о вашем таланте. И о вашем… скандальном характере.

— Мой характер — это следствие моего профессионализма, — ледяным тоном парировала я, не отводя взгляд. — В отличие от некоторых, я не терплю халтуры. И если мне не обеспечат нужные условия, ваш хвалёный банкет превратится в катастрофу.

Гаврилов чуть заметно дёрнул уголком губ. Это была даже не усмешка, а лишь мышечный спазм.

— Условия будут строго регламентированы, Марина Владимировна. Никаких излишеств. Санаторий переходит на режим жёсткой экономии. Вам придётся умерить свои аппетиты и вспомнить рецепты из простых продуктов.

— Из простых продуктов готовят в столовой, а у меня высокая кухня! — я картинно всплеснула руками. Внутри меня всё кипело, но я идеально отыгрывала роль высокомерной дуры, зацикленной на себе.

В этот момент со стороны коридора, ведущего в подвальные помещения, раздался жуткий грохот. Словно кто-то уронил таз с железными болтами.

Все обернулись.

Из полумрака вынырнул Миша. Я прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы не прыснуть со смеху. Это был шедевр.

На нём был надет самый жуткий, вытянутый свитер, который я когда-либо видела. Рукава висели мешками. На плече он гордо нёс длинный вантуз, словно солдат винтовку. В другой руке болталось ржавое ведро, из которого торчали грязные тряпки. Лицо Миши было перемазано чем-то чёрным, волосы растрёпаны. А на губах блуждала абсолютно идиотская улыбка.

— Ой, батюшки! — громко и дурашливо воскликнул он, замерев посреди холла. — А чё у нас тут за собрание? Начальство приехало?

Он с грохотом опустил ведро на пол и поклонился, едва не задев вантузом стоящего рядом охранника в костюме.

Пал Палыч побледнел так, что стал сливаться со стеной.

— Михаил! — зашипел директор. — Ты что тут делаешь⁈ Иди живо в подвал!

— Так я ж оттуда, Пал Палыч! — радостно доложил Миша, шмыгнув носом. — В третьем корпусе унитаз рванул! Прям фонтаном! Я его вантузом шуровал-шуровал, насилу забил! Грязи-то натекло, ух! Но вы не нервничайте, всё уже убрато!

Гаврилов брезгливо поморщился и сделал шаг назад. Его охрана напряглась.

Я поняла, что пора включаться.

— Какой кошмар! — завизжала я, отскакивая в сторону и закрывая нос надушенным платком. — Уберите от меня этого неотёсанного мужлана! От него воняет канализацией! Как я могу готовить банкетное меню, когда по коридорам ходят такие животные⁈

Миша виновато вжал голову в плечи и посмотрел на меня жалобным взглядом.

— Извиняйте, я ж не со зла. Трубы старые, вот и рвёт их. Пойду я, руки с мылом помою.

Он снова шмыгнул носом и почесал затылок грязной рукой, оставляя на лбу ещё одно пятно.

Гаврилов перевёл взгляд с меня на Мишу. В его холодных глазах читалось лишь одно презрение. План Сани Волкова работал безупречно.

— Павел Павлович, — ледяным тоном произнёс Гаврилов. — Проследите, чтобы этот… персонал… больше не появлялся в главном корпусе. Оптимизируйте его график. Пусть сидит в своих подвалах. И этот человек владеет тридцатью процентами акция? — потом Гаврилов бросил ледяной взгляд на меня. — И этой истеричке объясните, что она тут командовать не будет.