Книга Рецепт по ГОСТу. Полярная звезда Мишлен, страница 37 – Вадим Фарг, Ольга Риви

Его уверенность заражала. Страх отступил. На кухне я чувствовала себя в безопасности. Здесь были мои правила. И здесь был Миша, который ради спасения нашего дома был готов чистить унитазы и играть роль шута, оставаясь при этом самым умным игроком в партии.

В коридоре послышались торопливые шаги. Двери распахнулись, и на кухню влетела Люся. Её фирменный начёс слегка растрепался.

— Ой, Марина Владимировна! Михаил Александрович! — защебетала она, размахивая блокнотом. — Там этот новый… Гаврилов затребовал! Пал Палыч велел передать, чтобы вы на обед ему приготовили диетический куриный бульон. Без соли и специй! У него, видите ли, желудок нежный!

Мы с Мишей переглянулись.

— Нежный желудок? — я коварно улыбнулась, чувствуя, как внутри просыпается азарт. — Прекрасно.

Миша взял огромный тесак со стола и ловко крутанул его в руке.

— Значит, будем лечить его особой диетой, — спокойно сказал он.

— Вася! — скомандовала я ледяным тоном, возвращаясь в привычное состояние шефа. — Доставай самую тощую курицу. Будем готовить бульон для барина.

Никто не смеет диктовать мне условия на моей кухне, особенно оборотни в погонах.

— Может шутки ради, подадим ему обед в серебряной посуде? — хихикнул Миша. — Вдруг загорится, как вампир.

Ночь накрыла санаторий «Северные Зори» плотным одеялом. Глубокая карельская ночь, в которой не было слышно ни гула машин, ни городского шума. Только изредка за окном выл ветер, бросая колючий снег в стёкла. Я сидела в своей стерильной «Холодной зоне» на кухне. Вокруг тускло поблёскивала нержавеющая сталь рабочих поверхностей. Вакууматоры, су-виды, слайсеры, всё это сейчас спало. Мерно гудели промышленные холодильники. Этот ровный механический звук всегда был для меня лучшим лекарством от стресса. Мой личный метроном стабильности в мире, где всё постоянно менялось.

Но сегодня стабильность дала трещину. Я сидела на табурете и бездумно перебирала листы с набросками технологических карт и меню для предстоящего банкета. Строчки с граммовками расплывались перед глазами. Мои мысли упорно возвращались к Гаврилову, к его ледяному, пустому взгляду мёртвой рыбы. Этот московский гость принёс с собой чувство тревоги, которое въелось в стены нашего укрытия и засело глубоко, в подкорки моего сознания.

Я отложила ручку на стол и устало потёрла виски. Тишина спящего здания внезапно показалась мне пугающей. В углах просторного помещения прятались тревожные тени.

Вдруг в дальнем конце кухни раздался приглушённый скрип входной двери. Я вздрогнула, едва не уронив папку с документами на пол.

В узкой полосе света появился Миша. Он бесшумно прикрыл за собой дверь. Огромный, широкоплечий медведь в простой тёмной футболке и свободных брюках. От одного его вида внутри меня разлилось приятное тепло.

— Почему не спим? — тихо спросил он, подходя ближе к моему островку света.

— Не могу, — честно призналась я, глядя снизу-вверх на его лицо. — Голова идёт кругом. Гаврилов, бесконечные проверки, твой сегодняшний спектакль с вантузом. Я не могу выкинуть эту ситуацию из головы. У меня чувство, словно мы пытаемся удержать воду в решете.

Миша остановился рядом и опёрся бедром о металлический стол. Он посмотрел на меня своим фирменным, проницательным взглядом. В нём не было ни капли той дурашливости, которую он с таким мастерством демонстрировал днём перед столичной комиссией. Передо мной снова стоял умный, сильный мужчина.