Книга Рецепт (любовь) по ГОСТу, страница 56 – Вадим Фарг, Ольга Риви

Кто-то с методичностью маньяка точил огромный нож.

Я обернулась. На «тёплой» половине кухни стоял Михаил. Он опирался бедром о свой закопченный стол и с лёгкой ухмылкой наблюдал за моим фиаско, поигрывая своим любимым тесаком.

— Михал Саныч! — рявкнул Клюев, завидев знакомое лицо. — Ну хоть ты скажи! Что это за издевательство над государственным служащим?

Михаил неспешно вытер руки о фартук, который, в отличие от моего, видел жизнь во всех её проявлениях, от угольной пыли до пятен масла, и пересёк границу. Он подошёл к столику, возвышаясь над чиновником, как скала.

— Доброго здравия, Эдуард Вениаминович, — пробасил он. — Не серчайте на Марину Владимировну. Она у нас человек искусства.

— Искусства? — фыркнул Клюев, отодвигая тарелку с деконструкцией борща подальше. — Искусство, Миша, это когда ты после бани выходишь, а на столе запотевший графинчик и селёдочка с лучком. А это… — он неопределённо махнул рукой в сторону моего шедевра. — Это диверсия.

Михаил посмотрел на меня. В его глазах плясали бесята.

— Ну зачем вы так сразу, — примирительно сказал он, но я чувствовала подвох. — Марина Владимировна вам объясняет: это же эспума. По-нашему, если по-простому, то пена для бритья, только из свеклы. Модно, стильно, молодёжно. Для тех, кто на диете и духом питается.

Я метнула в него взгляд, которым можно было бы резать стекло.

— Михаил Александрович, — процедила я, стараясь, чтобы голос не сорвался на визг. Странно, до этого дня я даже отчества его не знала. — Я бы попросила вас не переводить мои термины на ваш… диалект.

— А я что? Я ничего, — он развёл руками, и этот жест был полон такого обезоруживающего простодушия, что мне захотелось ударить его скалкой. — Я просто помогаю наладить коммуникацию. Видите, гость недопонял концепцию.

В этот момент в дверях зала возник Пал Палыч. Он был всё ещё бледен, взъерошен, а галстук сбился набок, напоминая петлю висельника.

— Эдуард Вениаминович! — задыхаясь, пролепетал он, семеня к столику. — Всё ли в порядке? Как вам наша… кхм… инновационная кухня? Мы стремимся к звёздам, так сказать, к мировым стандартам!

Клюев тяжело вздохнул, достал из кармана пиджака платок и промокнул лоб.

— Пал Палыч, — устало произнёс он. — Твои стандарты меня в гроб загонят. Я вот смотрю на это, — он снова указал на несчастную сферу, — и думаю, а не закрыть ли мне вашу богадельню к чёртовой матери?

В зале повисла тишина. Пал Палыч схватился за сердце и пошатнулся.

— Как… закрыть? — прошептал он.

— А так, — Клюев вдруг ударил ладонью по столу, заставив приборы подпрыгнуть. — Санитарные нормы, пожарная безопасность, нецелевое расходование продуктов… Да я причин найду вагон и маленькую тележку! Ты посмотри, чем людей кормите! Это же насмешка!

Я почувствовала, как краска отливает от лица. Моя кухня… Моё оборудование… Мой проект, в который я вложила душу, сбежав из Москвы в эту глушь ради чистого эксперимента…

— Эдуард Вениаминович, — начала я, пытаясь спасти положение. — Мы можем приготовить что-то более традиционное. Утиная грудка су-вид с конфитюром из морошки…

— Опять су-вид! — взревел Клюев. — Дался вам этот су-вид! Я нормальной еды хочу! Человеческой!

Михаил, который всё это время спокойно стоял рядом, вдруг шагнул вперёд, заслоняя меня своим широким плечом от гнева чиновника.