Книга Как укусить вампира, страница 10 – Лена Тулинова

Какая у охотников на нечисть там бюрократия? Да почитай, что никакой. Иди и делай. Лови, избавляй город от страшных тварей. Там разберёшься, когда уложишь или хотя бы обезвредишь: от природы оно такое или сотворённое в приступе безумия каким-нибудь магом.

И магию охотники используют простую да понятную! Магия как инструмент или оружие: поддержать, связать, обездвижить, лишить жизни… Ну, или её подобия.

Вот бы встретиться с вампиром в бою и узнать, что почём! Понять, чего ты стоишь в схватке, насколько ты стал быстрым и ловким благодаря тренировкам, умным и сообразительным — благодаря вот таким лекциям!

А крючкотворства не надо…

— Господин Безруков, надеюсь, вы задумались, а не спите с открытыми глазами, — кашлянув, сказал Вдовин. — Скажите, химеры какого класса могут быть подспорьем для охотника?

— По мне — никакого, — ответил Пьер искренне. — Уж лучше тогда собаку хорошо обученную взять. Хотя случись что с такой собакой — жалко будет.

— А как по мне, хорошо бы взять нетопыря да кошку с собакой, или можно какую-нибудь гусыню — и сделать тварь летучую, цепкую, кусачую, выносливую и плавучую. Но главное чтоб нюхастую, — предложил кто-то из студентов.

— Негоже таким увлекаться, — сказал Безруков. — Не стоит пачкаться. Если есть цель — нечистых тварей бить, то зачем самому их создавать?

— Ну да, ты-то чистая тварь, — пробормотал Арсенин якобы себе под нос, про себя — но на самом деле так, чтобы слышали все.

На дуэль ранним субботним утром Пьер ехал, как на казнь. Экипаж мягко покачивался, но это не успокаивало. Секунданты, однокурсник и двоюродный брат, помалкивали. Они вчера вечером долго отговаривали Безрукова, не понимая, для чего рисковать из-за какой-то, как высказался кузен, «недалёкой самочки». Но ведь дело-то было отнюдь не в Зинаиде! Честь Пьера была задета, самолюбие ранено так, что больно дышать. Любое напоминание бередило эту рану. Как можно было позволить Арсенину праздновать победу?

Между тем, спроси его кто-нибудь, чем именно он так задет — Пьер вряд ли ответил бы. Возможно, самим существованием на свете обаятельных негодяев и маленьких дряней, или как там выразился Алекс.

А вот и место дуэли, за бывшим Арсенальным приказом, как раз там, где заканчивался глухой кирпичный забор и неприметная калитка выходила на смотровую площадку. Отсюда открывался отличный вид и на широкую реку Ольжу, сейчас такую тёмную, в серомраморном наряде. Памятная стела на том берегу — как воздетый к небу меч. Облака — как меха, которым никак не согреть озябший от мартовского ветра город.

Алексей Арсенин, Серж Карповский и ещё один секундант, имя которого Пьер запамятовал, уже ожидали у каменного парапета.

— Наконец-то, — процедил Арсенин, — я уж думал, ты труса празднуешь. К барьеру, неудачник!

— И всё-таки я бы предпочёл, если бы дуэль была магической, — мечтательно сказал кузен, Дмитрий Безруков.

Пьер одёрнул двоюродного брата: не время оспаривать условия, всё это следовало обсудить ранее.

— Менять оружие? Нетушки, — насмешливо сказал Алекс. — К тому же всем известно, что Безруков — говорящая фамилия. Стрелок из него аховый!

Сложно было не вестись на его оскорбления, и Пьер вёлся. Внутри всё так и пылало: от обиды, от унижения, от оскорблённого достоинства. Тем более, что в прошлый раз он, конечно же, плохо показал себя на стрельбище вовсе не из-за неумения стрелять. А сейчас уж он Арсенину покажет!