Книга Как укусить вампира, страница 108 – Лена Тулинова

Глаза Стефану опалило, лицо было в копоти и крови, но живое и злое.

— Тыыы, — прохрипел он, протягивая руки к внучке, и, понимая, что сейчас эти руки начертят очередной проклятый круг, Дина прострелила из «Забавы» правую.

Старик закричал, а потом принялся изрыгать проклятия. Но все они летели впустую, бесполезными дробинами отскакивали в темноту: Дина сейчас была недосягаема для злых слов. Полицейская бляха погасла, но свет остался с нею. И когда Стефан двинулся к ней, Зорина только поудобнее перехватила пистолет.

— Стоять! Господин Найдёнов-Лещинский, вы арестованы! — заорала она так, словно за нею стояло целое воинство, способное бросить вызов этому страшному дракону в человеческом обличии.

Он и не думал останавливаться, поэтому третий выстрел попал ему в грудь. Это остановило Стефана — и Дину тоже. Сжимая рукоять пистолета, она обессиленно прислонилась к ближайшей яблоне.

В этот миг воинство действительно пришло. В лице сразу нескольких магов и простых полицейских: она узнала такого родного дурака Прохорова и его товарищей, и неожиданно — уже бывшего напарника по патрулю Сычёва. И ещё десяток людей шёл на выручку. Их лица показались такими добрыми, такими родными. Они несли свет, целое магически созданное зарево с красноватым оттенком утренней зари. Они несли жизнь — и даже к Одинцову бросился кто-то с помощью, давая надежду на спасение.

И Карабашев, наконец, выступил из тьмы, став обычным человеком.

— Я охотился, — пояснил он. — Убрал всех вампиров и вурдалаков в округе, ну и пару людей прихватил для ровного счёта. Продлил свою драгоценную жизнь ещё лет на пятьдесят…

Дина отшатнулась от него. Как спокойно говорил он о смерти и о том, каким образом он продлевает своё существование!

— А где наш Пьер? — как бы между прочим спросил Мор Адрианович. — Вы разве не вместе?

И чувство облегчения сразу ушло, пропало, уступив тревоге.

Где, где Безруков? Дина принялась озираться по сторонам. Но кругом уже были только маги — кто-то уже уводил раненого и арестованного Стефана Анатольевича, кто-то нёс вдвоём Кирилла Сергеевича на скрещенных руках, кто-то командовал обыскать территорию…

А Пьера Безрукова и его противника Сержа Карповского не было.

— Дина Владимировна, — окликнул Прохоров, — вы ранены. Пойдёмте с нами. Вам бы в больницу.

— Н-нет, я останусь. Тут… Инквизиторский следователь, тут Безруков, он…

— Он вампир и прекрасно постоит за себя, — мудро сказал Карабашев.

— Я останусь. В конце концов, это дом моего деда, — настойчиво сказала Дина.

— Зорина, так ты ж можешь вернуться сюда после того, как доктор вас осмотрит, — предложил Сычёв. — Идём. Смотри-ка, какая самостоятельная: тебя даже спасать насильно приходится.

— Не надо меня спасать, — возмутилась Дина, чувствуя, что от усталости и нервов у неё подкашиваются ноги и к горлу подступают рыдания, но не сдаваясь. — Пётр Николаевич! Где вы! Пьер!

Но Карабашев осторожно подхватил её на руки.

— Он не может умереть, — сказал спокойно. — А вот ты запросто. У тебя сердце вот-вот разорвётся, Дина свет Владимировна. Идёмте, бравы ребятушки, проводим её до госпиталя.

И, успокаивая, прижал к себе. От него шёл странный запах: не дыма, а словно перегретого металла. Возможно, так пахла тьма.

— Идём. Ты его смерть — без тебя ничего с ним не случится, — сказал уже совсем тихо, потому что это предназначалось только Дине.