Книга Небесный город, страница 226 – Критика Рао

— Если ты можешь коммуницировать с ней, значит, можешь изменить ее, – сказала она. – Мы могли бы спасти ашрамы. Мы могли бы спасти самих себя.

Иравана охватило волнение.

— Мы почти у цели, – сказал он. – Держись.

Он соединил руки, затем разжал их. Под ногами у них открылся круглый пандус для спуска, пыль осела. Ираван схватил Ахилью за руку и повел вниз. А на горной тропе он мчался к вершине – к ясности, к своей цели.

Ахилья последовала за Ираваном вниз по земляному пандусу. Его рука в ее руке казалась горячей, слишком горячей, как будто у него был жар. Она рассеянно подумала о том, каким он проснулся в этом странном месте. Если бы не сине-зеленое мерцание, пробивающееся сквозь листву, архитектура могла бы быть похожа на архитектуру Накшара. Если бы не неестественное тепло, исходящее от него, Ираван мог бы бытьее Ираваном.

Она крепче сжала его руку.Он все еще мой, подумала она. Это место изменило его, каким-то коварным образом сделало его частью себя, но разве сама она не изменилась? Ее чувства казались более обостренными, но в то же время какими-то спокойными. Зеленая пыль закружилась вокруг, и Ахилья глубоко вздохнула, осознавая, что она рассеивается. За ее пределами ревела ярость земли. На них неумолимо надвигалась буря, и сердце учащенно забилось от внезапного ужаса. Краем сознания Ахилья уловила нарастающую панику, которая исчезла в мгновение ока, почти как воспоминание о важном сне, спрятавшееся за уменьшающейся безопасностью этого места. Они с Ираваном спустились по последней секции пандуса, держась за руки, и завороженно посмотрели туда, откуда появились.

Лестница закончилась туннелем с таким низким потолком, что Ираван почти касался головой земляного потолка. Туннель был слишком узким, и идти бок о бок было невозможно, свет здесь был тусклее. Они подождали у подножия лестницы, чтобы привыкли глаза, и Ахилье удалось разглядеть на стенах какие-то изображения, движущиеся, смещающиеся…

Ее глаза приспособились в тот момент, когда разум сформулировал мысль.

Резьба.

Она обменялась нервным взглядом с Ираваном и последовала за ним в туннель.

Стены туннеля, вырубленные прямо в камне, покрывала замысловатая резьба, сплошь состоящая из линий и спиральных узоров. Когда Ахилья приближалась, резьба сдвигалась, словно вытесняя краску. В сознании у нее, там же, где недавно вспыхнула паника, расцвели любопытство и изумление. Линии и спирали на камне колыхались, напоминая Ахилье о голограммах в гелиолаборатории, о книге, которую дал ей Ираван. При мысли о Дхруве и Накшаре боль усилилась, но затем отступила в угол, составив компанию нервозности и панике.

— Этоты делаешь? – прошептала она.

— Д-думаю, да, – так же тихо ответил Ираван.

— Но физически ты сейчас не создавал все это.

— Раньше мне тоже не приходилось этого делать. Я все еще учусь. Я… я попросил объяснить, что со мной происходит, чтобы понять, что мне делать дальше. Эти изображения, должно быть, и есть ответ пыли.

— Но эти изображения не имеют никакого смысла.

— Я… я не знаю, что еще можно попробовать сделать.

Ахилья мягко отстранилась от него, неуверенно протянув руки вперед.

В тот момент, когда она коснулась камня, резьба начала трансформироваться.

Из линий выросли изображения деревьев, сада, леса, затем целых джунглей.