Книга Герцогиня Хардин, страница 135 – Эльза Скарлетт

Могла ли я верить в это? Хотела верить — да, очень хотела. Губы дрогнули, и я поняла, что плачу. Слезы текли сами собой. Корин поднял руку и вытер дорожку на щеке. Такой нежный и заботливый жест.

— И все же ты маленькая трусишка, — усмехнулся он. — Не боишься умереть от тварей разлома, и идешь сама в руки лича, ради других. Но боишься показать свои истинные чувства и сказать о них.

— Оказывается, настоящих полноценных чувств у меня никогда и не было, — возразила я, пытаясь улыбнуться в ответ.

— Были, — не согласился некромант. — Ты любила и продолжаешь любить отца. Любишь дядю. Любишь артефакторику… По-своему любишь ребят: Линетту и Кирану, и даже лорда Сенье… Вспомни как ты отстаивала Линетту… Разве можно так заступаться за человека, если не испытываешь к нему ничего? И как оказалось все же любишь меня.

Глаза Корина светились фиолетовым светом. На губах играла легкая улыбка. От чего мне тоже стало радостно и неожиданно так легко.

— И я люблю тебя, Лея.

На этот раз я сама поцеловала Корина. Потянулась к нему по своей инициативе, обняв за шею. И как же было приятно получить ответ. Я по-настоящему отпустила себя, позволив зарыться пальцами в волосы некроманта, прижаться к его телу, привстав на носочки. И забыть о том, что кто-то из слуг может войти и ужаснуться моему недостойному поведению.

Крепкие руки подхватили меня обнимая и прижимая теснее. Губы учили как сделать поцелуй нежным, или игривым, или глубоким, или манящим, или покусывающим… много-много вариантов, которые были все для меня удивительными и новыми.

— Лея, — услышала я, почти стон в губы, и открыла глаза. — Все же мы здесь не для этого. Я моя выдержка сейчас кончится.

И к моему удивлению, эти слова не вызвали во мне как раньше страха, а лишь интерес и предчувствие большего. Но все же в словах Корина была правда. Поэтому пришлось смущенно отступить.

— Тебе стоит умыться и переодеться, — заметил он. — Нам еще предстоит вернуться во дворец вечером. А там не принято появляться дамам в одной и той же одежде в разное время суток.

Я согласилась и была даже рада сейчас сбежать, чтоб привести себя и чувства в порядок. После таких откровений я не знала, как вести себя дальше.

— Я подожду тебя здесь, — заверил меня Тенебрей.

Я торопливо вышла и поднялась в свою комнату. Меня ждали. Кроме горничной Миалы, меня встретили обе наши модистки. Две сестры-близнеца из клана оборотней. Старшая — Крина, в детстве получила травму и не смогла восстановиться, поэтому ей не была посильна вторая ипостась, и сестра все время передвигалась в специальном кресле. Над девочкой сжалился отец и взял на работу во дворец, в качестве моей подруги-компаньонки. Со старшей сестрой-близняшкой в услужение пошла и ее сестра — Орина. Так что росли мы и играли вместе. Только сестры наши себя в шитье. Старшая придумывала наряды и подбирала для них ткани, делала выкройки, младшая — снимала мерки и шила. Вместе они дополняли друг друга и всегда были вместе. А пошив платьев для сестер стало чем-то вроде любимого хобби. Потому мои наряды были необычными и индивидуальными.

Девушки искренне обрадовались мне и принялись обнимать. Естественно они заметили мои заплаканные глаза, так что пришлось объяснять, что это все не из-за жениха, а письма отца. В подробности я не вдавалась, объяснив все поверхностно, да и они, не сильно настаивали.