Книга Развод с драконом. Я исцелю твой род без тебя, страница 98 – Алекс Скай

— Лира, — сказала она. — Ты можешь выйти. Мы расскажем тебе потом мягче.

Лира покачала головой.

— Если это про меня, я хочу быть здесь.

Каэль сделал шаг, будто хотел подойти к ней, но остановился и спросил:

— Можно?

Лира посмотрела на него.

Долго.

Потом кивнула.

Он подошёл не слишком близко. Встал рядом со стулом, так, чтобы девочка могла потянуться к нему, если захочет, и не чувствовать себя пойманной, если не захочет.

Эвелина увидела это и снова ощутила ту странную боль, в которой было слишком много тепла.

Орт откашлялся.

— Запись из северной башни. Ночь брачного союза Каэля Ардана и Эвелины Белой Ивы. Рождение девочки, отмеченной двойной меткой: крыло Арданов, ветвь Белой Ивы. Мать — леди Мариэль Белой Ивы, младшая сестра леди Аделины по боковой линии.

Мира резко подняла голову.

— Мариэль?

Эвелина медленно повернулась к ней.

— Ты знала её?

Мира побледнела. Не сильно, но для неё это было почти обмороком.

— Девочкой. Она была старше меня на несколько лет. Светлая, тихая. Все думали, что она уехала в дальний приют Белой Ивы после ссоры с родом. Леди Аделина не говорила о ней. Никогда. Только однажды сказала: «Некоторые двери закрывают не от тех, кто внутри, а от тех, кто снаружи».

— Что с ней случилось? — спросила Лира.

Никто не ответил сразу.

И это молчание было хуже резкого слова.

Каэль тихо сказал:

— Орт.

Архивариус опустил глаза.

— По записи — Мариэль Белой Ивы пришла в северную башню сама. Уже после того, как советники старой линии Арданов начали искать ребёнка, который мог соединить две печати. Она была хранительницей чёрных ворот.

Эвелина ощутила, как дом вокруг них словно выдохнул.

Чёрные ворота.

Северный сад.

Предупреждение бабушки.

Не открывай, пока не узнаешь, кто стучит.

— Мариэль не бросила Лиру, — продолжил Орт. — Она скрыла её от тех, кто хотел сделать девочку живой печатью между алтарём Арданов и памятью Белой Ивы. Но Селеста узнала о рождении. Не всё. Достаточно. Мариэль успела наложить последнюю защиту: имя матери исчезло из родовой книги, а Лиру записали как безродную воспитанницу башни. Если ребёнок без имени — его нельзя использовать в полной клятве.

Лира слушала, не моргая.

— Значит, она… спрятала меня?

— Да, — сказала Эвелина раньше, чем кто-то успел выбрать осторожные слова. — Не потому, что не хотела. Потому что хотела, чтобы ты выжила своей жизнью, а не чужой печатью.

Девочка сжала пальцы на краю стола.

— А где она?

Орт закрыл глаза.

Каэль выдохнул так тихо, что Эвелина скорее увидела это по его плечам, чем услышала.

Мира ответила.

— За чёрными воротами, дитя.

Лира повернулась к ней.

— Там сад.

— Да, — сказала Мира. — Сад, который ещё не решил, кого помнит.

Эвелина поднялась.

— Нет. Он решил. Просто ждал, когда мы перестанем бояться правды.

До северного сада они пошли все вместе.

Не шумной толпой, не из любопытства. Даже дети, которым Мира сначала велела остаться, стояли так тихо, что она сдалась после третьего взгляда Лиры. Брина укутала Тарена в тёплую накидку, Рен пытался идти рядом с Лирой, но не слишком близко, чтобы она не подумала, будто её охраняют как слабую. Эна и Лисс держались за руки. Савер шёл с фонарём, хотя уже рассвело, и Мира ни разу не сказала ему, что это глупо.

Каэль шёл позади Эвелины.

Не рядом.

Не впереди.