Книга Брошенная жена дракона. Хозяйка сиротского замка, страница 38 – Диана Фурсова

Сейчас он бил тревогу.

Но не так, как ночью, когда менял коридоры и уводил Руфа в стену. Не изнутри. Снаружи.

— Все в бельевую, — сказал Элмар, уже хватая Руфа за плечо.

— Нет, — ответила Авелия.

Он обернулся к ней с таким возмущением, будто она предложила впустить пожар.

— Вы не знаете, кто там.

— Именно поэтому никто не побежит в панике по коридорам, которые могут измениться. Нисса, что говорит замок?

Девочка стояла у стены, приложив ладонь к камню. Лицо у неё стало белым и сосредоточенным.

— Он не злится. Он… держит.

— Что держит?

— Ворота.

Третий удар.

На этот раз в кухне звякнули миски. Руф всё-таки поднял птичку и прижал к груди Ниссы, будто хотел вернуть ей смелость вместе с игрушкой.

Авелия повернулась к детям.

— Слушайте внимательно. Никто не обязан показываться чужому человеку. Элмар, ты отведёшь Руфа, Ниссу и Тави в Комнату первого учёта. Не в бельевую. Там есть два выхода?

— Один, — сказал он.

— Был один, — поправила Нисса.

Элмар сжал губы, но кивнул.

— Хорошо. В Комнату первого учёта. Сай, если ты слышишь, инструменты оставь на месте и иди туда же или туда, где сможешь слышать нас, но не быть видимым.

Из-под стола не ответили.

Зато деревянная бирка исчезла.

— Дарон, вы со мной к воротам.

— С радостью, госпожа, хотя слово «радость» тут совершенно лишнее.

— Сундук оставьте.

— А если это разбойники?

— Разбойники редко стучат в древние ворота три раза так, чтобы замок им отвечал. И ещё реже ждут.

Дарон нахмурился.

— Это вы меня успокоить пытаетесь?

— Нет. Я оцениваю.

— У вас это всё ещё выходит неутешительно.

Авелия сняла фартук, аккуратно повесила на спинку стула и сразу почувствовала себя странно. Без него дорожное платье, пусть уже испачканное сажей и пылью, снова попыталось сделать её прежней: женщиной, которую оценивали по ткани, осанке и степени молчания. Она посмотрела на фартук, на грубые тесёмки, на кривой шов Тави, и вернула его на себя.

Тави, уже стоявшая у двери, заметила это.

В глазах девочки мелькнуло что-то быстрое, тёплое и испуганное одновременно.

— Вы так пойдёте? — спросила она.

— Это моя рабочая одежда.

— Она кривая.

— Зато честная.

Тави ничего не ответила, но подбородок подняла чуть выше.

Авелия взяла с полки книгу учёта. Потом подумала и положила обратно. Нет. Не сейчас. Не перед детьми. Не перед чужим человеком, который пришёл с неизвестным правом. Сначала узнать, кто у ворот. Потом решать, какие бумаги доставать.

Она сунула в карман только копию решения Совета.

Каменный Сиротский пропустил её через коридоры без перемен. Это тоже было знаком. Дом не хотел путать хозяйку, пока у ворот стоял чужой.

В большом зале было холоднее, чем на кухне. Главный очаг, который вчера они только осмотрели и ещё не решились открыть, зиял чёрным каменным ртом. Пустой щит над ним казался темнее обычного. Из высоких окон падал бледный свет, и пыль в воздухе висела неподвижно, будто зал тоже прислушивался.

Авелия остановилась у главной двери.

— Дарон, если ворота откроются, вы не выходите первым.

— Вы опять собираетесь первой?

— Да.

— Я уже начинаю понимать Элмара. Раздражает.

Она почти улыбнулась, но в этот момент по дереву двери прошла серебристая линия. Замок не спрашивал. Он показывал дорогу.

Главные двери раскрылись.

Во дворе стоял мужчина.