Книга Измена дракона. Изгнанная с его наследником, страница 102 – Майкл Скофилд

И слишком точно.

Они не просто напали.

Они знали план храма.

Знали про нижние ворота.

Знали, чем глушить Нарена.

Кто-то пришел не за документами.

За ребенком.

Я потянула сына к себе, но под ногами вдруг вспыхнул круг.

Не пламя.

Знак.

Старый храмовый знак перемещения, спрятанный под слоем пыли и пепла. Его активировали извне или дымом, или кровью нападавшего. Я успела увидеть только тонкую синюю линию у ног Нарена.

— Нет!

Я бросилась вперед.

Райгар тоже.

Но из дыма вышла женщина в темном плаще и схватила Нарена за плечо.

Не Миледа.

Не Кассана.

Чужое лицо. Тонкое, закрытое повязкой до глаз.

На руке у нее был жреческий браслет Ортона.

Нарен закричал.

Знак под его ногами вспыхнул.

Я успела схватить его пальцы.

На миг.

Только на миг.

Он вцепился в меня так, что ногти впились в кожу.

— Мама!

Райгар ударил по кругу пламенем, но слишком поздно.

Синяя вспышка разорвала дым.

Меня отбросило назад. Я ударилась плечом о каменный пол, и воздух вышел из груди. В ушах звенело. Перед глазами плясали темные пятна.

Когда зрение вернулось, круг был пуст.

Нарена не было.

На полу остался только его деревянный дракон с обломанным крылом.

Я не сразу смогла встать.

Не потому, что больно.

Потому что мир на секунду перестал иметь смысл.

Потом я увидела Райгара.

Он стоял на коленях у погасшего круга, ладонь в пепле, лицо белое, как снег за окнами.

И впервые за все время я услышала в его голосе не приказ, не вину, не раскаяние.

Страх.

— Нарен.

Я поднялась не сразу.

Тело плохо слушалось после удара о камень. Плечо горело, в ребрах стояла тупая боль, в ушах еще звенело после вспышки круга. Но все это было далеко. Неважно.

На полу лежал деревянный дракон Нарена.

Кривое крыло. Неровная спина. Маленькая игрушка, которую я вырезала прошлой зимой в Ларне, когда сын заболел и три дня не вставал с постели. Тогда он сказал, что дракон должен быть не страшным, а домашним. Я смеялась и делала его похожим на толстую ящерицу с гордым носом.

Теперь дракон лежал на холодном камне старого храма, а Нарена не было.

Я взяла игрушку.

Пальцы сначала не согнулись. Потом сжались так, что дерево впилось в ладонь.

— Мира.

Голос Райгара был рядом.

Я не посмотрела на него.

Если бы посмотрела, могла бы увидеть в его лице тот же ужас, что бился во мне. А сейчас мне нельзя было делить ужас с кем-то. Нельзя было падать в него. Нельзя было позволить себе кричать.

Мой сын был жив.

Пока я думала так, он был жив.

И я должна была действовать так, будто каждая секунда могла стать последней.

— Закрой храм, — сказала я.

Голос прозвучал странно. Низко. Спокойно.

Райгар замер.

— Что?

— Закрой храм. Никто не выходит. Никто не трогает круг. Никто не убирает тела, кровь, пепел, осколки. Асден и Мерик живы?

— Асден жив. Мерик ранен, но стоит.

— Пусть перекроют нижний ход и ворота. Нам нужны все, кто остался после нападения. Живые, мертвые, любые.

Райгар смотрел на меня, и я впервые за все время увидела, что он почти не успевает за мной.

Не потому, что не понимал.

Потому что его тоже разорвало.

Он только что потерял сына, которого едва успел признать даже внутри себя. И все равно не имел права на потерю.

Не сейчас.

— Райгар, — сказала я жестче. — Если ты будешь стоять, он умрет.

Это ударило.

Он выпрямился.