Книга Измена. Беременная жена дракона станет невестой его врага, страница 37 – Виктор Громов

— Поэтому ты и пришла.

— Я пришла, потому что ваш дом убьёт меня, если Мортан решит, что я знала и молчала.

Слово прозвучало в зале слишком резко. Яра не любила его. Оно делало всё простым, а здесь простого не было. Но страх Сибиллы был настоящим.

— Мортан? — спросила Яра.

Сибилла усмехнулась, и усмешка дрогнула.

— Вы всё ещё думаете, что он самый страшный в этой истории? Как трогательно.

Нокс стал совсем неподвижным.

— Орны.

Сибилла не ответила, но пальцы на обруче сжались сильнее.

Яра посмотрела на неё внимательнее.

— Ваш род знал о первой жене Дайра.

— Мой род хранил то, что ему приказали хранить.

— Кто приказал?

— Совет. Дайры. Победители. Разве это когда-нибудь бывает один человек?

Варса тихо сказала:

— В старом Зале бывает. Клятву произносит рот, не толпа.

Сибилла резко повернулась к ней.

— А вы много знаете о клятвах, которые произносят под давлением?

— Достаточно, чтобы отличить молчание от невиновности.

Эти слова попали. Сибилла побледнела.

Яра вдруг поняла: Сибилла не пришла исповедоваться. Она пришла торговаться. Но за торгом был страх, и этот страх мог дать правду, если не спугнуть.

— Чего вы хотите? — спросила Яра.

Сибилла посмотрела на неё так, будто ждала этого вопроса.

— Чтобы вы сказали Залу: я принесла имя добровольно.

— Это правда?

— Да.

— Вся?

Пауза.

— Достаточная.

— В этом доме, кажется, не любят достаточную правду.

Нокс чуть заметно повернул к ней лицо. Снова этот почти невидимый след улыбки — не радости, а признания удачного удара.

Сибилла стиснула зубы.

— Я принесла имя, потому что если Совет явится утром первым, они заставят меня сказать, что обруч был найден у вас. Что вы подделали запись. Что Эррел подготовил всё заранее. Что ребёнок связан с Пепельным краем не по древнему праву, а из-за вашей измены.

Слово “измена” ударило Яру почти физически.

Она не сразу поняла, что больше ранит: сама грязь обвинения или то, как легко оно уже сложилось в чужих устах. Её муж привёл другую женщину к чаше, но стоило рядом с её ребёнком появиться пепельной линии, и ложь готова была повернуться против неё.

Мортан потребует наследника, а Совет назовёт мать виновной.

Снова.

Как когда-то первую жену.

— Вы знаете, что это ложь, — сказала Яра.

— Я знаю, что правде редко хватает голоса, если у лжи есть печать Совета.

Сибилла произнесла это с такой горечью, что Яра невольно задержала на ней взгляд.

— Откуда у вас обруч?

— От моей бабки. Она велела передать его только в одном случае.

— В каком?

Сибилла посмотрела на пепельные линии на стенах.

— Если чаша снова покажет наследника с чужой чертой.

Нокс тихо выругался себе под нос, но тут же замолчал. Яра впервые увидела, как он теряет выдержку хотя бы на дыхание.

— Значит, ваш род ждал повторения, — сказала она.

— Мой род боялся повторения.

— Но всё равно вывел вас к Мортану.

Сибилла вздрогнула.

Теперь удар попал в неё.

— Вы думаете, меня спрашивали? — прошептала она. — Вы думаете, я проснулась однажды и решила: как приятно будет выйти к чужой жене и забрать её место перед полным залом? Мне годами говорили, что я рождена для истинной связи. Что кровь Орн исправит старую ошибку. Что если род Дайр снова выберет женщину без правильной нити, всё рухнет. А потом Мортан посмотрел на меня не как на девочку из боковой ветви, а как на ответ. Вы знаете, как легко поверить, что вас наконец увидели, когда всю жизнь готовили быть удобной?