Книга Пункт назначения 1991. Целитель, страница 84 – Виктор Громов

— Отстань, — сказал я, — не буду я тебя обнимать. Больно ты мне нужен. Я пошутил.

Кот гордо задрал голову, прошел сквозь стену, удалился во двор. Вскоре Марсельезу запели два голоса — Владов и кошачий. Причем парень о дуэте и не подозревал.

Я закинул руки за голову, вытянулся, сладко зевнул. В этом доме мне нравилось. Здесь все казалось простым и понятным. Здесь хотелось просто жить.

В двери вновь показалась Вика.

— Олег, — сказала она серьезно, — хватит разлеживаться. Все на море хотят, только тебя ждут.

Отчего-то я почувствовал себя виноватым.

— Встаю-встаю!

Я откинул одеяло, поспешно натянул штаны и метнулся наружу. Удобство здесь были, как водится, во дворе.

* * *

Удивительно, уезжали мы из самого начала весны, а приехали в цветущий рай. Я не пытался даже угадать, что за чудо-деревья проплывают у меня над головой белопенными шапками. Было удивительно тепло. Над головой сияло лазурью небо. В ветвях сновали птицы. Я мог сейчас взять любую из них и сделать своими глазами. Мог, но не сделал. В излишнем могуществе мало проку. Так, сплошное баловство.

Мы с Владом курили. Девчонки впереди вели разговор почти ни о чем.

— Море здесь мелкое? — Спрашивала Вера.

— Не везде. — Вике было проще всех. Эти места она знала всю жизнь. — Калачовке повезло. Здесь когда-то черпали песок со дна. Купаться можно сразу у берега. Но пока вода холодная. Вот через месяц…

Я перестал их слушать. Дорога вела мимо церквушки, сквозь частный сектор. Пропускала с двух сторон от себя кусочек степи, цветущий сплошным желто-сиреневым ковром. Впереди зарывалась в дюны. По траве сновал красавец-удод.

Вера смотрела во все глаза. Влад вел себя нарочито небрежно, почти покровительственно. Море с широкой полоской песчаного пляжа все поменяло.

Вера шустро сбросила на ходу блузку, перешагнула через юбку, обернулась, приставив ко лбу ладонь козырьком, закрыв от солнца глаза.

— Я купаться. Кто со мной?

Вика покачала головой, сказать ничего не успела. Я попросту не стал вмешиваться.

— Сдурела? — только и смог прорычать Влад.

— Почему?

— Там холодно! Апрель на дворе. Даже не мечтай, я тебя не пущу.

— Попробуй.

Девушка ринулась к воде. Быстрая длинноногая. Влад рядом с ней смотрелся увальнем, медведем. Ясное дело, не смог поймать. Попросту не догнал. Вера влетала в воду, нырнула с головой. Молча, без обычного девичьего визга. Вынырнула метрах в пяти и поплыла. Красиво, четко, кролем.

— Вот зараза, — эта фраза прозвучала с гордостью.

Вера стремительно уносилась вдаль.

— Она что, профессиональная пловчиха? — Удивилась Вика.

— Мастер спорта.

— Не знала…

— А она и не рассказывает никому. Видели на шкафу два чемодана?

Парень резко обернулся к нам.

Я покачал головой. Вика кивнула.

— Там награды.

— Вера их прячет? Зачем?

Влад повертел головой, не нашел ничего, на что можно пристроить зад, кинул на песок бесполезную сейчас ветровку. Сел.

— Обижена она. Могла бы стоять на олимпийском пьедестале, а пришлось все бросить…

Он вздохнул. Я начал понимать в чем дело. Но не Вика.

— Так почему ушла из спорта? — спросила она.

— Понимаешь, — парень набрал полную горсть песка, пропустил меж пальцев, повторил, — понимаешь, ей в свое время открытым текстом объяснили, что советский спортсмен должен быть идеалом во всем. Он должен прославлять советский спорт, а не… Короче, Верино уродство для этого не слишком подходило…