Книга Поймай меня, воевода, если сможешь!, страница 16 – Люси Фер

— Придавила! — истерично надрывается богомол, сидящий во внутреннем кармане моего зипуна. — Слезь, ширококостная!

— Да не вопи ты, лупоглазый… — обиженно пыхчу я, спеша подняться с земли, но разъезжающиеся в жиже руки вновь и вновь опрокидывают меня назад, заставляя Молчуна орать пуще прежнего.

Неожиданно мои ноздри наполняет терпкая горечь хвои, и я резко взмываю из грязи вверх, оказываясь на ногах. В непонимании смотрю на воеводу, который без особых усилий вытащил меня, скажем так, из затруднительного положения.

— Цела? Цел? — хмурится Демьян Каменный, осматривая меня в замешательстве. Порванный подол платья грязными шторами висит вдоль моих ног, облачённых в мужские порты. — Цело? — наконец, находится мужчина с подходящим моему виду определением.

— Это что же это делается⁈ — начинаю причитать я, осматривая грязные ладони, с проступающими на них кровавыми царапинами. — В вашем царстве голодному человеку уже и в таверну нельзя спокойно пройти⁈

— В этой части города лучше не разгуливать, — серьёзно смотрит на меня воевода, ловко взбираясь на своего вороного жеребца. — Он кишит нечистивцами… Пока кишит…

— Что мне эти ваши нечистивцы⁈ Что мне эти ваши громкие обещания лучшей жизни⁈ — хмурюсь я, смотря прямо в тёмные глаза строгого воина. — Кто сегодня и прямо сейчас должен обеспечивать безопасность в городе⁈ Кто за порядком должен следить⁈ Кто мне теперь возместит моральный… — выставляю я перед собой кровоточащие ладони, — и материальный ущерб⁈ — зло тереблю я полы разошедшегося платья, демонстрируя их плачевный вид.

— Ты совсем сбрендила⁈ — пищит Молчун в шоке от моего выпада в сторону грозного вояки, но меня уже не остановить.

— Кто, я вас спрашиваю⁈ Может, конь в пальто⁈ Дед Пихто⁈ Иван Фёдорович Крузенштерн⁈

Демьян Каменный нахмурившись строго осматривает меня, удивлённо вздёрнув брови от столь странных претензий, а затем достает что-то из поясного мешочка и кидает мне.

Я ловко перехватываю неожиданный подарок в воздухе и перевожу взгляд на всадника.

— Думаю, хватит, — тихо цедит он и добавляет, — куда мужик побежал?

Наугад вскидываю руку вправо, показывая направление, в котором скрылся идиот, столь грубо меня толкнувший. Демьян резко срывается с места и скачет туда.

— Щедро! — удивлённо свистит Молчун, когда, разжав кулак, я осматриваю золотую монету, лежащую на ладони. — С этим ты и комнату на пару деньков снимешь и с голоду не скочевряжишься…

— Хм, — довольно улыбаюсь я, посмотрев туда, где несколько секунд назад скрылся широкоплечий мужчина, — не было бы счастья…

— Ну теперь к Гроту можно и не идти, у него там тот ещё гадюшник, — ошарашивает меня богомол, — поворачивай! В «Смелом лосе» отобедаешь, а там и постоялый двор Кропа по соседству. Заселишься без проблем.

— Ляпота! — с треском оторвав висящие остатки платья, довольно бормочу я, и, наскоро обтерев зипун и штаны от грязи, едва ли не вприпрыжку следую указаниям своего фамильяра. — А спонсор моего хорошего настроения — Демьян Каменный! — шучу я, задорно похихикивая, — щедрая душа Пославья…

Постоялый двор Кропа оказывается достаточно приличным местом даже по меркам двадцать первого века, хоть и стоит недёшево. Оплатив маленькую комнатку на первом этаже трёхэтажного здания, я уныло осматриваю скудную сдачу с золотника воеводы.