Книга Поймай меня, воевода, если сможешь!, страница 45 – Люси Фер

— П‑п‑п‑прости… — заикаясь, пытается извиниться передо мной задохлик, испуганно вылупившись на насекомое.

— Ну что ты так растерялся? — по‑матерински похлопываю я его по коленке, искренне улыбаясь. — Неужто никогда говорящих богомолов не видал? Я тебе по секрету больше скажу, — понизив голос до едва слышного шёпота, открываю ему тайну, — он ещё и вот так может!

В этот момент Молчун спрыгивает на пол и резко увеличивается до размеров упитанной лошади.

Гордей испуганно вжимается в спинку кровати, засветив при этом своё скромное царское достоинство.

— Представь, — продолжаю я свою игру, — ты спишь ночью, разинув рот… А мой чудесный друг случайно туда приземляется и делает точно так же, как сейчас… Как думаешь, — делаю я многозначительную паузу, — сколько дней потребуется твоим служанкам, чтобы отмыть мозги со стен?

— Что тебе нужно? — истерично визжит царский наследник, в ужасе вращая глазами.

— Малость. Отведи меня к своему отцу.

— Ты убьёшь его? — его зенки загораются каким‑то нездоровым блеском.

— Вот ещё! Больно много чести, — фыркаю я, поднимаясь. — Одевайся! И без глупостей!

* * *

При помощи царственного задохлика я оказываюсь в замке через какой‑то неприметный боковой ход, который абсолютно не выглядит таковым.

— Что это здесь сегодня? — озадаченно вертит головой Гордей, заметив толпы людей под стенами его дома.

— Ничего особенного, — отмахиваюсь я от него. — Свергать вас народ пришёл. Революция, так сказать, вся власть народу!

— Чего? — спотыкается сморчок.

— Забей! Двигай ластами быстрей!

С опаской, но без особых проблем проходим мимо дежурящих стражников.

— Это со мной, — тихо произносит царевич, и я для убедительности киваю головой, надёжно скрытой капюшоном.

Воины провожают нас слегка осоловевшими взглядами, некоторые отчаянно трут покрасневшие глаза. Видимо, у Зараи всё получилось, и снадобье Агнессы некоторое время назад было добавлено в питьё охранников. Ещё несколько минут — и все дежурные посты огласит звучный многоголосый храп.

Двигаемся длинными коридорами и, наконец, останавливаемся перед широкой дверью. Занеся руку для стука, Гордей резко передумывает и тут же отворяет проход в комнату батюшки.

Огромная спальня на мгновение поражает меня обилием золотого блеска и роскошных предметов интерьера. Густой запах жареного мяса забивает ноздри, и я перевожу взгляд на его виновницу — обглоданную куриную тушку, лежащую на подносе. Видимо, поздний ужин царя, не покидая постели.

— Гордей, чего тебе? — сонно щурится Горислав, тяжело приподнимаясь на кровати.

— С тобой тут пообщаться хотят, папенька… — ласково шепчет задохлик, и я резко скидываю капюшон с головы.

— Стража! — начинает верещать Победоносный, пытаясь вскочить с кровати.

Поднять грузное тело выходит только с третьего раза.

— Я пойду? — будто бы не замечая отцовской злости, оборачивается на меня царевич.

— Сядь! — грубо приказываю я ему, кивнув на стул.

Тот, равнодушно пожав плечами, выполняет моё указание.

— Стража вам не поможет, ваше Величество! — холодно улыбаюсь я, буравя взглядом пузатого самодура. — Они все ныне видят десятый сон и не пробудятся ещё дня так два… — нагло вру я прямо на ходу. На самом деле о длительности действия сонного средства я забыла спросить у Агнессы.