Книга Пленница лорда Дракона. Мама поневоле, страница 17 – Екатерина Борисова

Только сейчас я замечаю, что мы давно выехали из леса и ехали по сухому полю. Весна ещё не успела озеленить его. Вокруг торчат голые сухие стебли прошлогодней травы, и лишь изредка сквозь чёрную землю пробиваются крохотные зелёные ростки.

В корзинке беспокойно копошится крошка Ария. Словно ей передаётся моя тревога и ощущение надвигающейся опасности.

— Какие гости? Где? — до боли и ряби в глазах я всматриваюсь в сухую траву перед собой. Но ничего не могу разглядеть.

— Оставайтесь в карете, Кларисса, — командует лорд Рейден и опускает меч.

Стоит кончику пылающего меча коснуться сухой листвы, как она занимается пламенем.

— Нет! — мои руки дрожат, а сердце останавливается. — Нет! Только не огонь!

Я хочу выпрыгнуть из кареты, бежать как можно дальше. Лишь бы не находиться рядом с открытым огнём. Лишь бы он не смог до меня добраться.

Сильный иррациональный страх охватывает меня.

Все шрамы на моём измученном теле моментально вспыхивают острой болью. Впиваюсь пальцами в дверцу кареты и кричу.

— Назад, мисс Кларисса, — грубовато, но с сочувствием произносит один из воинов. — Огонь вас не тронет. Лорд Рейден своё дело знает.

И вправду. Огонь очерчивает карету по кругу, замыкается на чёрной земле, поднимается всё выше, в самому небу, но не подступает к нам ни на шаг. Огненная завеса практически полностью отсекает нас от того, что происходит на поле.

Ария всё громче и беспокойнее зовёт меня.

Я вынимаю крошку из корзинки и прижимаю к своему телу.

— Всё будет хорошо, малыша! — шепчу ей и целую её в макушку. — Это просто предосторожность. Ведь так? С нами всё будет хорошо, я не дам тебя в обиду!

Краем взгляда я улавливаю смазанное движение за линией огня. Мои охранники подбираются, перехватывая меч двумя руками, шире расставляют ноги и словно ждут нападения оттуда, из-за огня.

А следом раздаётся протяжный, совершенно нечеловеческий вой! От его хриплых надрывных ноток в венах стынет кровь.

Мамочки! Что же это?

А следом за воём раздаётся не то скулёж, не то лай, не то хриплый хохот и гул множества бегущих на нас ног!

Ожидание неизвестности убивает.

С каждой секундой напряжение только растёт.

Не знаю, что видят мои охранники там, за стеной огня, но это что-то им явно не нравится.

Они подбираются, едва уловимо распределяют вес тела на широко раздвинутые ноги, словно готовы в любую минуту отразить невидимую опасность.

— Что там? — облизываю пересохшие губы. — Что происходит? Скажите!

Но мои охранники не отвечают и не двигаются.

Они ждут.

Кучер торопливо стягивает с плеч камзол и торопится закрыть взволнованным животным глаза, но не успевает.

Прямо перед четвёркой лошадей огонь взвивается до небес, хрустит и потрескивает, словно в него подбросили сухих поленьев.

Лошади в страхе отшатываются, натыкаясь друг на друга и сдвигая карету с места.

— Стоять! — рычит кучер.

Но лошади отходят ещё на шаг, я вздрагиваю. Одной рукой прижимаю к своей груди крошку Арию, а другой хватаюсь за дверцу кареты, чтобы не упасть.

Карета откатывается ещё и задевает огненный контур, нарушая его.

И сквозь эту брешь, которая появляется всего на долю секунды, внутрь защищённого круга запрыгивают две твари.

Их лысые кожистые тела лоснятся в отблесках красного огня, мёртвые глаза горят неутомимым голодом.