Книга Кровь утопающих, страница 117 – Кейли Кэссиди

— Тео знает? – Лахлан бросил на меня тяжелый, испытующий взгляд.

— Нет, – покачала я головой. – Не говори ему. Пожалуйста.

Он поджал губы, явно чувствуя себя неловко:

— Хорошо, я найду Агату.

Едва он отошел от меня, как в моем ухе зазвенел ровный мелодичный голос:

— Похоже, ваше путешествие было довольно мучительным, леди Нэл.

Императрица Нивала, при всей показной доброжелательности, сверлила меня глазами оттенка лазурита. Впрочем, она правильно оценила мое состояние.

Я отступила и сделала реверанс:

— Да, ваше императорское величество. Совершенно верно.

Она отвела от меня взгляд и теперь с удовлетворением наблюдала, как ее дочь с Теодором продолжают танец.

— Они прекрасно смотрятся вместе, не правда ли?

Что ж, трудно не согласиться. Он – солнце, пылкое, постоянное, а она – бледная мерцающая луна, озаренная его присутствием. «А кто же я? – задавалась я вопросом. Крадущаяся тьма, которой суждено сгореть в их общем сиянии?»

Императрица снова обратилась ко мне, и морщинки в уголках ее глаз стали глубже от недоумения:

— Есть ли причина, которая удерживает вас здесь? Похоже, кровь на вашей одежде запеклась несколько дней назад.

— Нет причины, ваше императорское величество. – Я опять поклонилась, мой живот скрутило еще сильнее. – Прошу меня простить.

— Ах, минуточку! – Она странно притихла, ее ледяное внимание было сосредоточено на мне или, вернее, на обручальном кольце, все еще красовавшемся на моем пальце. Это заставило меня замереть. – Ведь ваше имя – Нэл, миледи… – Ее небрежный тон не вязался с острым взглядом.

Прикосновение ее длинных бледных пальцев оказалось неожиданно теплым и мягким. Она взяла мою руку – ту, что с кольцом – и начала гладить тыльную сторону подушечкой указательного пальца.

— Я хотела бы узнать его происхождение.

Холодок пробежал по коже, но я кивнула в знак согласия и постаралась припомнить ответ. Родовое имя Немея – Мирос. Как называли Лигею, вспомнить не удалось, хотя мне это точно преподавали. Я могла рассказать императрице лишь то, что рассказывали мне.

— Я родилась на Серафе, – ответила я дрожащим голосом.

— Сераф… Понятно. – Ее глаза светились лукавством, а палец все чертил повторяющуюся линию по моей руке. – Интересное название, – сказала она с легкой, но недружелюбной улыбкой. – Оно пришло из Обелии, вы знали об этом?

Ее палец замер, но она не отпускала мою руку. У меня перехватило дыхание, все чувства обострились. Я покачала головой. Нивала посмотрела на собрание прекрасно одетых придворных, на Теодора и Халлу. Затем ее взгляд снова столкнулся с моим.

— Что ж, тогда я вам расскажу, – сказала она, будто собираясь поделиться секретом, который должен остаться между нами. – Много лет назад, когда правил король Атан и король Серафа Немей был еще молод, умер мой муж. Милый человек. Простой. Любил лошадей. Самый обходительный супруг, о котором только могла мечтать императрица. – Она холодно усмехнулась. – Все правители Левкозии приехали на север, чтобы почтить его память. Прибыла королева Риллион. И королева Лигея. Некоторые никогда раньше не посещали континент, ведь это довольно далеко. Нэлы же происходили из очень богатого и старинного обелийского рода, и я была близка с ними с юности. Представители наших семей вступали в браки из поколения в поколение, но в то время, о котором я повествую, Нэлов почти не осталось. Лишь матриарх, ее болезненный взрослый сын и его жена, типичная серая мышка. У них была дочь, тихая девочка с идеально белыми локонами. В первый поминальный вечер Нэлы устроили изысканный ужин в своем поместье для королевских особ Левкозии. Объявили перемену блюд, и я с гостями отправилась на прогулку по хозяйским садам. Было лето, и стояла необычайно теплая для севера погода. Когда мы вернулись к пиршественному столу полчаса спустя, тела Нэлов – всех четырех – были сложены в центре обеденного зала. – Она цокнула языком, словно хотела выразить свое негодование. – Их разрезали от шеи до паха, так глубоко, что внутренности вывалились на прекрасный ковер.