Книга Кровь утопающих, страница 64 – Кейли Кэссиди

Закрыв глаза, я сделала глубокий вдох-выдох.

— Мне нужно попасть к колдунье-провидице.

Если я – потомок великой богини, если ее сила течет по моим венам и мне предстоит стать ее преемницей, то в первую очередь я нуждалась в ответах. В пророчестве.

— Будем решать проблемы в порядке очередности, хорошо? – Теодор продолжал вытирать мои слезы.

Сбоку щелкнули каблуки сапог. Лахлан, одетый в аккуратный черный мундир с медалями на груди, прочистил горло.

— Чем ты ее обидел?

— Она видела статую, – ответил Теодор, не сводя с меня глаз.

— О нет. – Лахлан поднял взгляд на богиню, затем посмотрел на меня, взял под локоть и отвел в сторонку. – Представляю твое потрясение, но все же не советую тебе стоять так близко к королю там, где вас могут увидеть.

Он бросил на Теодора испепеляющий взор, однако тот, уставившись на меня, ничего не заметил. На его лице застыло сложное выражение. Король выглядел оглушенным, испуганным и разъяренным одновременно, и мне следовало бы отвернуться, но я не могла.

— Тео! – В голосе Лахлана звучало резкое предостережение. Все еще держа мою руку, он рассеянно похлопал по ней и принял легкомысленный вид, но его тон и взгляд, брошенный на нас обоих, были серьезными. – О боги, смотрите не оплошайте. Я слышал, что императрица загрызла многих.

Садовый зал был не таким уж помпезным, как могло показаться со слов канцлера.

Это был огромный двухэтажный бальный зал с целой стеклянной стеной, выходящей на идеально ухоженный сад. Остальные три стены были расписаны от пола до потолка панелями, отражающими буйные оттенки садовых цветов. Четыре массивные хрустальные люстры свисали с потолка; они давали тусклый свет, зато сами сверкали, как море за краем скалы. Длинный узкий стол, словно хребет, пересекал зал посередине, отчего тот не казался таким пустым. Стол был завален фруктами – мы бы столько точно не съели – и уставлен графинами с вином цвета аметиста. Выпивки хватило бы на целую свиту.

Как и планировалось, я вошла под руку с Лахланом. Теодор первым приблизился к столу, налил себе полный бокал вина и осушил его одним отчаянным глотком, но все равно умудрялся выглядеть вполне собранным. Лахлан отвел меня как можно дальше от Теодора и наполнил еще два бокала.

— У тебя с лицом что-то не так, – заметил он.

— И что же?

— Раскраснелось, как от пощечин. Дыши ровно. Постарайся не терять самообладания, а то кажется, будто вся твоя жизнь только что перевернулась.

Он сунул мне бокал, и я сделала большой глоток, наслаждаясь тем, как радует вкус игристого и как оно согревает душу, – лучшего я не пробовала.

— Позволь небольшой совет. – Лахлан бросил на меня мрачный понимающий взгляд. – Что бы ни было между вами двумя… Нет ничего плохого в том, чтобы выплеснуть это наружу, однако произойдет катастрофа, если тебя поймают. Умоляю, будь осторожна.

— Агата что, сплетничала с тобой? – Я сердито воззрилась на него.

— Ну, не об этом…

— Боги… – Я сделала еще один глоток вина. – Между мной и Теодором ничего нет.

— Имоджен… Самая коварная вещь на свете – отрицание, – произнес он умудренно.

Прежде чем я успела возразить, в комнату вошел Эфтан, держа в руках аккуратную стопку черных кожаных папок. На его круглощеком лице была та же улыбка, как и в первый раз, когда я его увидела. Но она исчезла, как только он заметил меня.