Книга Сказание о Сы Мин. Книга 2, страница 92 – Цзюлу Фэйсян

Чан Юань влюбленно смотрел на нее, губы его изогнулись в улыбке. Наблюдая за тем, до чего он ее довел, дракон ощущал, как безудержное счастье бурлило где-то внутри.

— Эй, перестань пялиться. – Даже обыкновенно толстокожая Сы Мин прикрыла лицо ладонью от пронзительного взгляда. – И… начни уже двигаться.

Они застряли на полпути – неужели этот бестолковый дракон не понимал, что и ей от этого было не легче? Однако прямые указания просто не шли с ее уст. Чан Юань обдумал слова любимой, тщательно взвешивая их смысл.

— Ты имеешь в виду: двигаться вперед и не отступать?

Та, вздохнув, закрыла лицо руками и молча кивнула.

— Сы Мин, скажи, если будет больно.

— Хорошо.

С каждым толчком глубже, с каждым соприкосновением тепла их лица краснели все сильнее. Чан Юань продвигался медленно, и каждое его движение распаляло жар под кожей Сы Мин. Она не могла сдержать стонов, а его дыхание то и дело сбивалось.

Раскаленные вдохи и выдохи прогрели воздух в комнате.

Достигнув предела, хриплый голос Чан Юаня прозвучал притягательно и невероятно ласково:

— Больно?

Как могло быть не больно? Даже не видя, она знала, что кровь окрасила простыни в красный, но покачала головой и с улыбкой заглянула в его золотистые глаза.

— Не больно.

Возможно, это было чутье, однако больше Сы Мин не проронила ни слова, потому что Чан Юань оказался чрезвычайно способным учеником на новом поприще… Сила божественного дракона была настолько безудержна, что Сы Мин едва держалась и поспевала за ним, но всякий раз, когда Чан Юань спрашивал, не больно ли ей, она с улыбкой качала головой. Эта улыбка не сходила с ее лица, ведь они могли обниматься и наслаждаться друг другом. Легкая боль была ничем по сравнению с покоем и счастьем, из-за которых сердце пустилось в сумасшедший галоп.

Чан Юань постепенно знакомился с ее телом, а она привыкала к нему. Их движения становились все быстрее и возбужденнее, каждое столкновение – все резче, все более волнующим. Лунный свет в ее глазах разлетелся на осколки, отражая лишь лицо любимого мужчины – вечный след, глубоко запечатленный в сердце.

— Чан Юань, Чан Юань…

— Да, я здесь. – В его голосе слышалась непривычная для него радость. – Я люблю тебя, очень люблю, да… очень люблю.

В этот миг ясно проявилась косноязычность Чан Юаня. Он опустил голову и свирепо укусил губы возлюбленной. Когда их языки встретились, Сы Мин содрогнулась и жар, охвативший ее, укутал его внутри.

С тихим стоном Чан Юань, не сдерживая себя, присоединился к ней.

Сы Мин крепко обняла его, и он продолжил двигаться, наслаждаясь отголосками их удовольствия. Его губы переместились вниз, посасывая артерию на ее шее, оставляя свой след, печать принадлежности ему.

— Ты мой, а я твоя.

— Я твой, а ты моя.

В руинах Десяти Тысяч Небес Сы Мин нарисовала небо, землю, солнце, луну, а также горы, реки и озера. Созданный ею мир был огромным и безмятежным, где они с Чан Юанем жили вольготно, хотя и несколько одиноко. Но через несколько дней им придется навсегда попрощаться с прежней безмятежной жизнью.

Сы Мин погладила свой округлившийся живот и, глядя на мужа, который не мог найти себе места, спросила:

— Чан Юань, ты хочешь девочку или мальчика?

Она задавала этот вопрос бесчисленное множество раз, и он всегда отвечал, что он будет рад и дочери, и сыну, но на сей раз тревога пересилила здравый смысл.