Книга Юленька и дракон. Дело вдовы Завадской, страница 65 – Адель Хайд

— Что происходит?! — крикнула я, но вместо крика получился писк, потому что зубы у меня стучали от холода.

— О, вижу, что Юлия Павловна возвращается.

— Отпустите меня сейчас же! — и снова голос писклявый.

— Я вас отпущу, но мне надо убедиться, что гадость, больше на вас не действует.

Он помог мне подняться. Ощущения были противные, платье холодно липло к телу. Князь приблизил своё лицо к моему и, почти касаясь губами моих губ, бархатно произнс:

— Что чувствуете, Юлия Павловна?

А я, стуча зубами, чувствовала только холод. Об этом и сказала князю.

Князь с облегчением выдохнул:

— Ну, значит, справились.

Платье и всё, что было под ним, пришлось снять. Князь нашёл чистую простыню и плед. И теперь я сидела, голая, закутанная в плед, в квартире этого Казимира — который в этот момент уже, оказывается, был увезён в ведомство Северского — сидела и пила горячий чай.

— А как я поеду домой, Велимир Владиславович? — спросила я.

— Я уже послал к вам домой за одеждой. Оденетесь — и поедете.

— А вы?

— А я поеду выяснять, куда адвоката дели. И что ещё успели наворотить.

Князь Велимир выполнил своё обещание. Вскоре я уже ехала в сухом платье домой и с благодарностью думала о том, что князь — молодец. Не воспользовался своим преимуществом, когда я, не соображая ничего, сама к нему приставала.

Эх, какой бы из него замечательный муж вышел…

Но думать о замужестве мне было некогда. И об этом мне напомнила Агриппина, которая приехала к нам с тётушкой на ужин — в совершеннейшем восторге от первых продаж тканей — с предложением о расширении линейки.

Но здесь я уже подумала, что надо бы мне с Агриппиной что-то совместное делать. Я ей, конечно, сильно благодарна за то, что она помогла мне. Но когда работаешь на себя — всё же совсем другое настроение получается.

Агриппина, конечно, когда я ей весь расклад по своему долгу выдала, и показала, что следующие расцветки хочу в партнёрстве делать, согласилась не сразу.

С подозрением и даже обидой на меня покосилась:

— Откуда такие мысли Юлия Павловна?

— Агриппина, ты что, на меня обиделась? — я искренне недоумевала. — Что касается моего долга здесь я полностью то, что обещала выполню, но сама пойми, я же не наёмный сотрудник, чтобы мне каждый раз за фиксированную оплату трудиться.

И я ей сказала о том, о чём и сама думала, но посчитала это нечестным:

— Агриппина, я так-то с долгами рассчитавшись могу и фабрику выкупить шелкоткацкую, и ткани на своей фабрике выпускать…

На круглом лице Агриппины отразилось негодование, глаза засияли золотом, и я поспешила договорить, пока «неукротимая» подруга всё тут не разнесла вместе со мной.

— … но я так делать не буду, потому как честь для меня превыше выгоды стоит. Но и наёмным сотрудником быть не хочу.

Агриппина задумалась. Я не сомневалась, что она к верным выводам придёт, надо только не торопить.

Пауза затягивалась, даже тётушка сидела тихо, опасалась лишний раз ложкой стукнуть. И я молчала. Конечно, могла бы сказать, что можно и на паях фабрику выкупить, а можно по прибылям в долю войти.

Но на мой взгляд всё было сказано, да и не торопила я, не обязательно было сегодня всё решать. Сказала же, что никуда не побегу, секреты свои продавать.

Но здесь я столкнулась с тем, что не понимала, с психологией другой расы, с драконами. И это мне впоследствии очень помогло.