Книга Вдова-аптекарь. Яд для драконьего генерала, страница 47 – Ангелина Сантос

— Не подпольщик-одиночка, — сказал Ивар. — Минимум восемь человек в смене.

На стене висел график без фамилий. Только буквы и часы. Последняя смена закончилась в три ночи. У двух строк стояла синяя отметка «перевод», у остальных — «ожидать распоряжения».

Под графиком Мара нашла узкую книгу выдачи молока и защитной мази. Такие расходы не скрывали состав, поэтому страницы не вырвали. Восемь букв повторяли график смен. Напротив трёх за последнюю неделю стояли дополнительные порции и пометка «дрожь».

— Рабочие начали получать дозу, — сказала она.

— От случайного контакта? — спросила Лея.

— Или от плохой защиты. Здесь есть нейтрализатор для одежды, но нет отдельного умывальника. Они ели в той же комнате, где снимали фартуки.

На внутренней стороне обложки было приклеено распоряжение: при слабости выдать двойную мазь, работника перевести на погрузку, к городскому врачу не направлять. Внизу стояли инициалы «И. Р.» и цеховой штамп лаборатории.

— Роут, — сказал Ивар.

— Возможно, — поправила Лея. — Инициалы проверим, штамп мог использовать другой человек.

Я просмотрел крючки. Два фартука были короче остальных, один подшит грубой красной нитью. Здесь работали не безликие исполнители, а люди разного роста, которые пили отвар, чинили одежду и кашляли над веществом, способным убить их вместе с получателями.

— Если найдём, задерживать всех? — спросил Ивар.

— Сначала разделить тех, кто смешивал, кто охранял и кто принимал решения, — ответила Лея. — Работа в незаконной лаборатории требует объяснения. Но одинаковый фартук не доказывает одинаковую вину.

Мара сняла лист щипцами и упаковала между двумя стёклами.

— Зато доказывает, что руководитель знал о воздействии и запрещал внешнего врача.

— Если подпись подтвердится, — сказала Лея.

Даже здесь она не позволяла удобному выводу стать фактом раньше проверки. Огонь мог уничтожить лабораторию через несколько минут; точность всё равно не считалась роскошью.

Мара осмотрела фартуки.

— Они знали, что работают с опасным составом. Ткань обработана нейтрализатором, перчатки двойные. Но могли считать, что делают запрещённый военный препарат, а не яд для выдачи ветеранам.

— Восемь человек хранят тайну хуже одного, — сказала Лея. — Найдём по оплате и пропускам.

У дальней стены стояли готовые ящики. На верхних было написано «наружный согревающий раствор», ниже — номер фонда и адреса домов ветеранов. Внутри лежали прозрачные флаконы с синим воском.

Мара не вскрывала. Сверила вес одного ящика с накладной на крышке.

— Двенадцать флаконов, шесть ящиков. Семьдесят две дозы стабилизатора, готовые к выдаче.

Рядом оставалось пустое место ещё для четырёх ящиков. На полу сохранились прямоугольники чистой плитки.

— Сорок восемь уже увезли, — предположил Ивар.

— Или не успели поставить, — сказала Мара. — Проверим по расходу пробок и воска.

Она пересчитала обрезки нити в корзине, сравнила с брусками на полке и записала диапазон. Израсходованного материала хватало примерно на триста флаконов — столько же показывала незавершённая ведомость розлива.

— Производство шло не один день, — сказала она. — По налёту на змеевиках — несколько недель. После каждой партии установку мыли хуже, чем следовало.

— Поэтому Эмиль мог найти след в основе, пришедшей из фонда, — сказал я.