Книга Одержимые, страница 101 – Витольд Гомбрович

— Браво! Отлично! Вы мне нравитесь.

Майя встала.

— Послушайте, – сказала она, – мне кажется, что дальнейшие дискуссии излишни. Я сказала, что не останусь, значит не останусь.

— Вы бросаете место – у меня?!

Она пожала плечами и посмотрела на него так, что Малиняк почувствовал себя никем, ничтожеством, жалким эмигрантишкой. Он побагровел и, казалось, собрался нагрубить девушке, но вдруг заметил неподдельное удовольствие, написанное на лице племянницы.

— Эй, маркиза! – рявкнул он. – Не особо-то радуйся! Она остается! – И миллионер взял Майю за руку. – Ну же, не сердитесь, прошу вас! Видите ли, я старый чудак и хам… но мне осталось недолго. Месяц, два… Я понял, с вами так нельзя! Простите старика. Ну же! Второй такой, как вы, мне быстро не отыскать.

Малиняк умолял настолько искренне, что Майе стало его жалко.

— Хорошо, – сказала она.

Он вдруг закашлялся. Обслуга скорее вынесла, чем вывела его из зала. На прощание маркиза протянула Майе кончики пальцев.

— Поздравляю, барышня! Вы нашли идеальный подход к моему дяде. Просто продолжайте в том же духе, и ваша бескорыстность окупится.

— Я не барышня.

— Боже мой, но вы ведь такое юное создание. Я не хотела вас обидеть. Мой дядя обожает натравливать на меня таких девочек. Не знаю, поняли ли вы, – подчеркнула она, – что вас наняли специально, чтобы меня дразнить. Но меня не так-то легко вывести из себя, и через неделю ему это надоест.

Прежде чем Майя нашлась с ответом, маркиза повернулась к ней спиной.

Так началась служба Майи в качестве личной секретарши Малиняка. Она переехала в отель «Бристоль». За несколько дней освоилась со своими обязанностями. Львиную долю времени и впрямь занимало ожидание. Никогда нельзя было знать, в какой момент Малиняк ее вызовет. Не желая торчать в вестибюле, она проводила эти часы в своем номере – в полной праздности. Невозможно было ничем заняться, и это изматывало больше всего. Майя думала о Лещуке. Наконец появлялся посыльный: «Господин Малиняк просят», и Майя шла, не зная, что ее ждет и что взбредет в голову чудаковатому богачу.

Уже на следующий день она убедилась, что маркиза была права. Действительно, казалось, будто Малиняк нанял девушку именно для того, чтобы доводить племянницу до бешенства. Едва Майя вошла, он подверг ее тщательному осмотру и заявил, что, по его мнению, секретарша одета недостаточно элегантно. Он, Малиняк, любит изысканность! И намерен позволить себе пополнить ее гардероб, чтобы хоть последние месяцы жизни провести в обществе изящно одетых дам!

Старик повел Майю по магазинам, велев маркизе сопровождать их. Начал он сверху, и вскоре Майя стала обладательницей нескольких прелестных шляпок. Хозяйка магазина, видя красоту Майи и зная возможности Малиняка, выложила самый лучший товар.

— Тебе тоже полагается шляпа, – сказал старик маркизе, выступавшей в роли «советчицы, обладающей вкусом». – Я сам ее выберу.

И выбрал – нечто чудовищное. Отвратительную, вычурную, перегруженную деталями шляпу, в которой несчастная маркиза ди Мильди выглядела пугалом и которая прибавила ей десяток лет.

— Я это не надену, – сказала она, побелев как полотно.

— Как это не наденешь? Это же мой подарок!

И несчастная ди Мильди, скрывая ярость, была вынуждена украситься сей мерзостью. То же повторилось и в других магазинах. Майя выходила оттуда вдвое прекраснее, а госпожа Мильди – вдесятеро безобразнее. Малиняк с изощренной зловредностью старался подчеркнуть ее приближающуюся старость. Есть вещи, которых женщина женщине не простит никогда. И Майя понимала, что в лице темпераментной маркизы приобрела смертельного врага.