Книга Одержимые, страница 57 – Витольд Гомбрович

Гнетунская ледяным тоном заявила, что готова списать неподобающее поведение панны Майи на ее молодость и не хочет смущать девушку своим внезапным отъездом. К тому же она слишком хорошо относится к пани Охоловской, чтобы сделать столь радикальный шаг, так как уверена, что – учитывая возмущение остальных постояльцев – ее отъезд повлечет за собой также отъезд и других гостей. Поэтому она приняла решение покамест проигнорировать выходку панны Майи – разумеется, при условии, что пани Охоловская повлияет на дочь. Что же касается прогулок и развлечений панны Майи, то она, панна Гнетунская, не намерена более вмешиваться в эти дела, оставляя их на усмотрение матери.

Пани Охоловская поблагодарила ее довольно холодно. Она не выдала облегчения, которое в глубине души испытывала: отъезд панны Гнетунской действительно мог оказаться катастрофой для недавно открытого пансиона. Однако она не знала, что благополучным разрешением инцидента обязана прежде всего докторше, ибо та перепугалась, что панна Гнетунская уедет прежде, чем она успеет сообщить ей (по доброте душевной) о пры… которые видны под блузкой. И приложила все усилия, чтобы уговорить вторую даму не спешить с отъездом.

Впрочем, неприятная история была вскоре забыта также и по другим причинам. А именно: перед самым ужином в пансионат прибыли два новых гостя – однокашница и подруга Майи Крыся Ленeцкая со своим дальним родственником, студентом-юристом, паном Густавом Жаловским. Это, к удовольствию хозяйки, сразу разрядило атмосферу. Девушки нарадоваться не могли своей встрече. Пани Охоловская, будучи умелым дипломатом, воспользовалась случаем и велела подать к столу бутылку хорошего вина, благодаря чему ужин приобрел праздничный характер. Чиновница и докторша, позабыв о недавних недоразумениях, даже облачились в вечерние платья, причем докторша заметила, что и в этом наряде пры… панны Гнетунской отлично видны, – о чем несчастная, к сожалению, не подозревает.

Однако во время ужина возникло новое осложнение. Раздался топот конских копыт – и через мгновение на пороге появился Холявицкий.

Его визит был несколько некстати. Пани Охоловская с огорчением заметила многозначительные взгляды, которыми обменялись докторша и чиновница и в которых, казалось, читалось: «Ха-ха, вот уж вовремя явился!»

Но еще больше мать беспокоили опасные искорки в глазах Майи и ее превосходное настроение. Она была оживлена! Может, просто радовалась приезду подруги? Смех ее не умолкал.

После ужина Холявицкий отвел невесту в сторону.

— Нам нужно поговорить, – прошептал он. – Почему ты не пришла в замок? У меня к тебе дело.

— Хорошо, но не сейчас. Потом! Пойдем погуляем! – воскликнула девушка. – Такой прекрасный вечер.

Молодежь восприняла эту идею с энтузиазмом, и Холявицкому не оставалось ничего иного, кроме как отложить разговор.

Майя кивнула Лещуку:

— Идемте с нами!

— Я?..

Юноша, уже поднимавшийся на второй этаж, остановился на середине лестницы. Он не хотел идти с ними и боялся Майи, но не знал, как ей отказать.

— Спать пора, – сказал он.

— Потом поспите. Кроме того, вы нам пригодитесь – хотя бы для того, чтобы нести наши плащи. Сейчас еще слишком тепло, чтобы их надевать, но взять с собой все-таки следует, потому что в лесу может быть прохладнее. Крыся и Гутек – отдайте свои плащи пану Лещуку, он их понесет.