Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 185 – Рика Лав

— Договорились, — прошептала я.

Что-то внутри немного расслабилось, отпустило мёртвую хватку.

Кир достал телефон, начал пролистывать контакты, нашёл нужное имя. Его челюсть напряглась, взгляд сузился — он уже не был просто Киром, нежным мужчиной, который только что кормил меня с вилки и смеялся, он превратился в того самого Кирилла Барсова, который врывался в камеры участков и требовал освобождения, который не отступал ни перед чем, когда дело касалось тех, кого он считал… семьёй.

Он нажал вызов, и я застыла на мгновение, вслушиваясь в гудки — один, два, три. Каждый тянулся вечность.

Но я не могла стоять на месте, снова начала двигаться — шаг влево, два вправо, пальцы сжимали край кофты, комкали ткань, руки тряслись, колени подкашивались, и мир качался, как палуба корабля в шторм.

Марика. Моя малышка. У них.

Кир следил за моим движением взглядом, и в следующую секунду, дождавшись, пока я поравнялись с ним, его свободная рука обвила мою талию. Он притянул меня к себе так резко, что я споткнулась, налетела на него всем телом. Он спокойно придержал меня сильной рукой, развернул спиной к себе, прислонившись к столу позади. Теперь я была прямо между его широко расставленных ног, Кир прижал меня к своей груди крепко, одной рукой удерживая за талию, второй поднося телефон к уху.

Я оказалась зажата между его бёдрами, окружена его теплом, его запахом, его силой. Тело инстинктивно расслабилось, перестало дрожать так сильно, потому что он держал меня.

Кирилл Барсов не давал мне рассыпаться на куски.

— Михалыч, — Кир заговорил сразу, едва на том конце ответили. Я редко слышала от него такой командный тон. — Экстренная ситуация, нужна твоя помощь немедленно, прямо сейчас.

Я не слышала, что отвечал адвокат, но Кир кивнул, хотя его не видели.

— Ребёнок, девочка пяти лет, Марика Павлова. Да, та самая сестра Аси. Её забрали из временного приюта — отец, но обстоятельства очень… — он замолчал на секунду, взгляд скользнул по мне, пока он слушал что-то. Барс склонился и мимолётно поцеловал меня в губы, не обращая внимание на то, как это простое действие дезориентировало меня. — Погоди, переключаю на громкую связь, Асе тоже нужно слышать всё, что ты скажешь.

Он нажал кнопку, и из динамика донёсся голос Михаила — спокойный и деловой, но с лёгким оттенком тревоги:

— Кирилл, объясни с самого начала, по порядку, что именно произошло и когда.

Рука Кира на моей талии сжалась крепче, почти до боли, но эта боль была хорошей. Она напоминала, что я не одна, что он здесь, что он не отпустит, даже если мир рухнет.

— Минут пять назад Асе позвонила соседка её родителей, — начал Барс, не сводя с меня взгляда. — Сообщила, что видела, как отец вёл упирающуюся Марику к себе домой, ребёнок плакал, сопротивлялся, но он тащил её силой. Это было примерно шестьдесят минут назад. Насколько я понимаю, родители должны были проходить обследование перед возможным лишением родительских прав, так как, чёрт возьми, девочка оказалась у них снова, если все процедуры ещё не завершены?

Тишина повисла на том конце.

— Михалыч? — позвал Кир напряжённо. Его грудь за моей спиной поднялась в глубоком вдохе.

— Слушаю, Кирилл, просто обдумываю информацию, — адвокат явно куда-то шел, послышался хлопок двери. — Это не должно было случиться ни при каких обстоятельствах. Ребёнка не могли отдать родителям без решения комиссии, без проверки условий проживания, без заключения психолога, без… блядь, извини за выражение, но это нарушение всех процедур. Либо кто-то где-то получил взятку и закрыл глаза, либо отец забрал девочку самовольно, без разрешения администрации приюта.