Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 30 – Рика Лав

Время о с т а н о в и л о с ь.

Я лежала на Барсове, не в силах пошевелиться от шока, чувствуя каждый сантиметр его тела под собой. Его мощную грудь, которая вздымалась и опускалась под моей, твёрдый живот с рельефом мышц, бёдра, между которыми оказались мои.

Тепло его кожи через тонкую ткань футболки и моей.

Жёсткость его тела под моей мягкостью.

О Боже мой…

Ася

Моё сердце колотилось где-то в горле, бешено и громко. Дыхание сбилось, участилось.

Его руки инстинктивно обхватили меня за талию, удерживая, не давая соскользнуть, и тогда я почувствовала, как его пальцы впиваются в мою кожу через тонкую ткань. Большие, горячие, сильные. Одна рука Кира легла на поясницу, другая чуть выше, почти под лопатками, и я ощущала отчетливо каждый палец, каждую подушечку.

Я подняла голову, встречаясь с ним взглядом, и забыла, как дышать.

Его лицо было в каких-то сантиметрах от моего — близко, слишком близко. Я видела каждую ресницу, каждую морщинку у глаз, маленький шрам на шее и лице, который не замечала раньше. Тёмные глаза смотрели на меня, расширенные, почти чёрные, с каким-то диким, хищным блеском.

Губы Барса были приоткрыты, дыхание сбилось, как и у меня, горячее и частое. Я чувствовала его на своём лице, вдыхала его, впитывала всей кожей.

— Ты… в порядке?

Он выдохнул хрипло, и его голос был внезапно таким низким исексуальным.

Я хотела ответить, но не могла. Язык не слушался, слова застряли где-то в горле. Только кивнула, не в силах оторвать взгляд от его четко очерченных губ, которые были так близко.

Руки всё ещё лежали на его груди, там, куда они упали при падении. Под ладонями я чувствовала тепло его кожи, жёсткость мышц, бешеный стук его сердца — такой же частый и громкий, как мой.

И тут я осознала, что моё тело вдруг начало двигаться само, без разрешения мозга.

Мои пальцы медленно разжались, отпуская футболку на его груди, ладони начали скользить вверх, поглаживая, исследуя, чувствуя каждый изгиб, каждую впадинку, каждую мышцу.

Футболка была такой тонкой, я отчетливо ощущала его кожу под ней, её текстуру, тепло, и это было опьяняющим.

Что ты делаешь, идиотка? Останови себя! Немедленно!

Но я не могла. Не могла оторвать руки от него, не могла перестать прикасаться, исследовать, чувствовать.

Моя ладонь скользнула по его груди еще выше, к ключице, к основанию шеи, где бешено билась жилка. Я провела кончиками пальцев по ней, ощущая пульсацию под кожей, и услышала, как Кир резко втягивает воздух сквозь стиснутые зубы.

Барсов застыл подо мной — абсолютно неподвижно, как каменная статуя.

Только его грудь вздымалась и опускалась, только сердце билось бешено под моей ладонью. Его пальцы на моей талии сжались сильнее, почти болезненно, вдавливаясь в кожу, и я почувствовала, как его тело напряглось подо мной, стало ещё жёстче, если это вообще было возможно.

Я посмотрела ему в глаза и увидела там… бурю. Что-то, смешанное с шоком, со сдержанностью, с каким-то отчаянным контролем, который готов был вот-вот сорваться.

— Ася… — он выдохнул моё имя хрипло, почти простонал, и этот звук прошёл по моему телу волной жара. — Не… не надо. Ты не знаешь, что делаешь.

Знаю. Я прекрасно знаю. И не могу остановиться.

Моя рука скользнула выше, к его челюсти, обрамлённой лёгкой щетиной. Я провела пальцами по ней, чувствуя её жёсткость, царапающую кожу, и это ощущение было настолько интимным, настолько горячим, что у меня закружилась голова.