Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 485 – Рика Лав

Почти болезненное чувство беспомощности разливалось в груди, расползалось по венам. Я привык решать проблемы силой или умом, устранять угрозы, контролировать ситуацию, но сейчас не мог ничего, кроме как держать её и ждать, пока она сама найдёт дорогу обратно.

Мир рушился вокруг любимой женщины, и я не могу это остановить.

Есть особая жестокость в том, как судьба иногда разрушает людей. Не сразу, не одним ударом — нет, она делает это слой за слоем, снимая защиту, пока не доберётся до самого уязвимого места.

А потом бьёт туда.

— Простите, — донёсся женский голос откуда-то сбоку, вырывая меня из мыслей. — Может быть, вам воды?

Я поднял голову, не отпуская Асю. Рядом стояла секретарь судьи.

— Благодарю, — я перехватил жену и взял бутылку свободной рукой и отмечая про себя, что добрых людей всё ещё больше, чем кажется в тяжёлые дни.

Она кивнула в ответ, задержалась на секунду, видимо, хотела что-то сказать, но передумала, и отошла, оставляя нас наедине. Я открутил крышку одной рукой, не выпуская Асю, смочил пальцы водой и провёл ими по её вискам, по лбу. Капли скатились по бледной коже, исчезая в волосах, и она дёрнулась, ресницы затрепетали.

— Вот так, маленькая, — с облегчением пробормотал я, продолжая лёгкими прикосновениями возвращать её в реальность, смачивая пальцы снова и снова. — Просыпайся. Возвращайся ко мне.

Ася открыла глаза, но взгляд был расфокусированным, она смотрела куда-то сквозь меня. Потом моргнула несколько раз, и зрачки наконец остановились на моём лице.

— Кир? — прошептала она.

— Я здесь, любимая, — я провёл большим пальцем по её щеке, стирая выступившие слёзы.

Она попыталась выпрямиться, оттолкнуться от меня, но я крепче прижал её к себе, не давая уйти из объятий.

— Тише-тише. Посиди пока так, не торопись. Ты потеряла сознание, тебе нужно прийти в себя.

— Я… — Ася прикрыла глаза, по лицу прошла гримаса такой боли, что захотелось разорвать на части всех, кто довёл её до этого состояния. — Это правда? То, что он сказал там… это всё правда?

Не хотел я отвечать. Хотел солгать, сказать, что это выдумка. Но врать Асе я не мог и не собирался — она заслуживала правды, какой бы болезненной та ни была.

— Мы не знаем точно, — я поморщился. — Скорее всего, мы сделаем тест сами, чтобы… убедиться.

— Но что, если повторный тест покажет то же самое? — она прижала ладошку к моей груди поверх свитера. — Что, если я и правда… не её сестра? Если меня… подбросили к какой-то больнице? Если всё это правда и…

— Ася, — перебил её. — Даже если это окажется правдой, а мы ещё не знаем точно, это ничего не меняет в том, кто ты есть.

— Как не меняет? — она попыталась отстраниться, но я не дал, удерживая на коленях за бедра. — Это меняет всё! Я думала… я всегда думала, что борюсь за свою сестру, что у меня есть хоть какая-то семья, что я…

— Ты её сестра, — пригвоздил её елозившие ягодицы на месте. — Кровь — просто жидкость в венах, химический состав, не более. А семья — это те, кто рядом, когда становится по-настоящему тяжело.

Ася смотрела на меня широко распахнутыми глазами, слёзы текли по её щекам бесконечным потоком.

— Но я… я даже не знаю теперь, кто я такая, — сломленно прошептала она с отчаянием. — Не знаю, чья я дочь, откуда я родом, почему меня… почему меня просто выбросили, как ненужную вещь.