Книга После развода. Я не твоя война, страница 11 – Марта Макова

— А твоя Звенигородская? — я попыталась увернуться от прожигающей мою поясницу руки.

— Она не твоя забота. Просто всей нашей семьёй поздравим на камеру родителей и можешь быть свободна. Смелее, Оля. — подталкивал меня муж. — Никто тебя не покусает.

Сейчас, здесь, прилюдно, может, и не покусают, но я навсегда запомнила слова бывшей свекрови в момент нашего развода с Димой.

— Ты кем себя возомнила, Ольга? Ты никто без моего сына. Пустое место. — бросала мне в лицо обидные слова свекровь. — Ты ничего не можешь дать своим дочерям. Правильно сын лишил тебя родительских прав. Мало тебе, мало. Приживалка. Непутёвая. Сдохнешь в нищете, одинокая.

Свёкор сурово хмурился и молчал. Не ругал меня, но и не защищал. Только неодобрительно качал головой.

Я не представляла, как сейчас я должна стоять рядом с ними и улыбаться. Я столько неприятного и обидного услышала от этой семьи, что если бы не возможность увидеться с дочерьми, я бы десятым километром обошла это ресторан и это мероприятие.

Дальнейшее происходило словно не со мной. Мне и в страшном сне не могло привидеться, что придётся терпеть насквозь лживые приветливые улыбки родителей Димы и его самого. Вымучено улыбаться в ответ и ёжится от прикосновений Димы. Терпеть полные ненависти взгляды, стоящей в стороне любовницы мужа. Слава богу, её на фотосессию никто не позвал, и попытки любовницы приблизится Дима пресекал суровым взглядом.

— Ну вот и всё. — фотосессия с семьёй закончилась и Дима, наконец, убрал тяжёлую руку с моей талии. — Можешь вернуться на своё место. Или уйти, если хочешь.

— Я хочу попрощаться с девочками. — упрямо настояла я.

— Прощайся, но только быстро и, чтобы без детских слёз. — предупреждающе посмотрел на меня Дима. — Надеюсь на твоё благоразумие и благодарность, Оля.

Благодарность. Я с упрёком посмотрела на бывшего мужа, но его мои взгляды не интересовали, он уже отвернулся и заговорил с кем-то из гостей, стоявших в очереди желающих сфотографироваться с виновниками торжества.

Ада прошла мимо меня с высоко поднятой головой и надменным взглядом. Вцепилась сзади в рукав Диминого пиджака и потянула его на себя.

— Димочка.

Дима обернулся, но смотрел не на свою девку, а на меня, стоящую рядом и ожидающую, когда свекровь отпустит моих дочерей. Она что-то тихо говорила им, время от времени бросая на меня колючие взгляды.

— Димочка. — вроде и тихо, но достаточно громко, чтобы услышала я, сладким голосом пропела Ада. — Раз собрались все родственники и друзья вашей семьи, может быть, сейчас объявим о нашей с тобой помолвке?

Дима слушал её и смотрел мне в глаза с холодной неприязнью.

Небольшая лаунж-зона в холле ресторана, была отделена от входа в банкетный зал живыми растениями в высоких напольных горшках, и нам с дочерьми никто не мешал.

Есения устроилась у меня на коленях, а Мира рядом в кресле.

— Ты точно не можешь вернуться, мам? Может, попробуешь простить папу? — исподлобья посмотрела на меня Мирослава и прикусила губу.

— А ты смогла бы? — горько усмехнулась я, поглаживая спину жмущейся ко мне Есеньки. — Ты согласилась бы, чтобы твой мальчик встречался не только с тобой, но и ещё с одной девочкой?

Мирослава мотнула головой и опустила глаза.

— Получается, он воровал бы у меня время, которое мы могли бы провести с ним вместе. И у той, второй девчонки воровал бы время, ради меня.