Онлайн книга «Жена офицера. Я тебя верну»
|
Свет в столовой был тёплым, янтарным. На столе уже стоял ужин. Гордей сидел напротив, в своей белоснежной рубашке, идеальный, как всегда: чёткий, собранный, с проницательным взглядом. Он рассказывал что-то, но я едва слышала, потому что в руках у меня была невидимая граната с выдернутой чекой. – Гордей, – прервала его. – У меня... новость. Он поднял бровь, смерив меня оценивающим взглядом. В нём всегда читалась готовность к любой информации. – И? Я сделала глубокий вдох. Репетировала эту фразу десятки раз, но произнсти ее вслух было осказывается очень сложно. – Я беременна. Тишина. В одну секунду тёплый, янтарный свет, казалось, погас. Гордей перестал жевать. Замер. Его взгляд не изменился: он по-прежнему был проницательным, но теперь в нём появилось что-то холодное, что-то похожее на ужас. – Что ты сказала? – не вопрос. Это приказ повторить, отменить, опровергнуть. – Я... Я беременна, Гордей. Муж отложил столовый прибор. Металл стукнул о фарфор громче выстрела. Он медленно, очень медленно провёл рукой по волосам, его военная выправка начала рушиться. – Ты же пила таблетки, – произнес он ровно, без единой эмоции. И от этого спокойствия мне стало страшно. – И ты же знаешь, что тебе нельзя... – Я бросила таблетки, – на меня постепенно надвигалась паника. – И я была у врача. Да, риски есть, но они… – Риски? – Гордей вскочил, стул упал на пол. – Варя, послушай меня внимательно! – Он подошел ко мне, нависая. Я же вся съежилась под его тяжелым, злым взглядом. – У тебя противопоказания по сердцу. Это не просто риски. Это чёртовы гарантии того, что тебя может не стать! Нам это прямо сказал кардиолог два года назад, когда ты в очередной раз обмолвилась о детях! Ты забыла?! Слова мужа были пропитаны не гневом, а чистым, животным страхом, который он, человек-скала, отказывался признавать. Он не хотел, чтобы я это видела. – Я ничего не забыла! Но медицина идёт вперёд! Мне сказали, что при постоянном контроле, если соблюдать... – Нет! – рявкнул Гордей и отступил на шаг. Он будто возвёл вокруг себя невидимую стену. – Я против. Категорически. Я не могу позволить, чтобы ты... чтобы я... Я тебя люблю! Ты — это всё, что у меня есть. Мне не нужно это «счастье» ценой твоего здоровья! У меня начинала кружиться голова. Эта тяжесть в груди... это не только эмоции. Это от напряжения. Но я не могла отступить. – Ты просто не хочешь детей, Гордей! Скажи прямо! Он оскалился. Это была не улыбка, а гримаса отвращения к собственным слабостям. Он не хотел детей. Никогда. Ему хватало его работы, его порядка, его жизни по расписанию. – Да. И что? Это преступление? Я не хочу тебя терять! Ты не понимаешь, это не о ребёнке! Это о тебе! Я не переживу, если... – Он не закончил. Просто отвернулся к окну, обрывая себя. – А я хочу детей! – резко встала. Ноги еле держали, но я упрямо шагнула к нему. – И я выношу его! Потому что иначе зачем вообще жить? Просто пить, есть? И умереть в одиночестве? Просто поверь мне. Я чувствую, что всё будет хороошо! И... и если что-то пойдёт не так, – я запнулась, слёзы уже душили меня, – то у тебя останется... память о нас! Частичка меня! Гордей развернулся. Его глаза сверкнули, и в них впервые появился настоящий гнев. – Мне не нужна такая память! Ты слышишь?! Мне нужна ты! Живая! А не этот... этот, как ты его назвала, «подарок», который может убить тебя! Это эгоизм чистой воды с твоей стороны! Ты подумала только о себе, но не спросила о моем желании. Я не допущу, чтобы ты так рисковала. |