Книга Кофе, кот и Воронцов, страница 39 – Лиля Брук

Тишина, наступившая после шума голосов, была звенящей. Я торопливо складывала бумаги в папку, предчувствие сжимало горло ледяной рукой. Я почти закончила, когда услышала за спиной как закрывается дверь.

Сергей Александрович стоял в проёме двери. Он не прислонялся, а именнозагораживалвыход. Улыбки не осталось и в помине. Его лицо было гладким, как маска из холодного фарфора, а глаза… глаза были двумя лужицами цвета грязного талого льда, в которых ничего не отражалось.

— Браво, Алиса Витальевна, - произнёс он. Голос был тихим, ровным, но в нём слышался лёгкий, шипящий звук, как у змеи перед броском. - Настоящий триумф. Весь университет уже шепчется о вашей «свежей голове». Забывая, разумеется, в чьей команде и под чьей редакцией эта голова работает.

Я выпрямилась, машинально прижав к груди папку с материалами.

— Я всегда подчёркиваю ваше руководство, Сергей Александрович. Везде, где это уместно.

— О, как трогательно, - он сделал шаг вперёд. Его дорогие ботинки не скрипели по паркету, онискользили. - «Подчёркиваю». Но комплименты, внимание, этот… блеск в глазах ректора - это всё достаётся вам. Моя скромная, трудолюбивая протеже, которая вдруг вообразила себя равной. А может, и большей?

Он приблизился ещё на шаг. Пространство зала, ещё недавно наполненное людьми, стало вдруг гигантским, пустым и смертельно опасным. От него пахло дорогим коньяком, парфюмом с нотами кожи и чем-то ещё - острым, животным, потом ярости.

— Ты думаешь, несколько удачных формулировок тебя спасут? - Он перешёл на «ты», и от этого стало физически холодно. - Ты думаешь, твои детские игры с записными книжками и библиотечными тайниками что-то значат? Я всё вижу, Алиска. Всё знаю. Твою флешку из киоска. Твой ящик с ключиком. Твои беседы со старой каргой из библиотеки.

Сердце упало, замерло, потом забилось с бешеной силой. Он следил. Не просто наблюдал - оншпионил.

— Я делаю свою работу, - сказала я, и голос, к счастью, не дрогнул. - Ту, для которой вы меня пригласили в группу.

— Твоя работа - быть инструментом! - его шёпот сорвался на низкое, звериное рычание. Он был уже в метре от меня. - Молчаливым, послушным, блестящим в нужный момент инструментом вмоихруках! А ты… ты решила, что ты - мастер? Что ты можешь диктовать? Ты крадёшь не идеи, ты крадёшьсвет! Мой свет!

Я отступила, наткнувшись бёдрами на край длинного полированного стола. Дерево было холодным, как лёд.

— Давайте обсудим это цивилизованно, Сергей Александрович…

-Цивилизованно? - Он фыркнул, и в этом звуке было столько презрения, что меня затрясло изнутри. - С тобой? Ты забыла, кто ты? Глупая, амбициозная девчонка, которая когда-то расплачивалась за хорошие оценки тем, что умела лучше всех. А теперь надела пучок и строит из себя неприступную учёную даму?

Жар позора и гнева ударил в лицо.

— Я не та девочка, что была. Я изменилась.

— Никто не меняется, - прошипел он, и его дыхание, густое от алкоголя, коснулось моего лица. - Просто маски становятся качественнее. Но под ней ты всё та же - жадная до успеха, наивная… идоступная.

Это слово он произнёс с мерзкой, сладковатой интимностью, будто пробуя его на вкус. Мою тошноту сменил леденящий ужас. Он протянул руку - не для удара, а медленно, будто собираясь провести тыльной стороной пальцев по моей щеке, по скуле, зафиксировать своё право на это прикосновение. Право, которое он когда-то присвоил.