Книга После развода. И не друг, и не враг..., страница 109 – Анна Варшевская

— Выходи за меня замуж, Лар? — просит так отчаянно, что у меня самой слёзы на глаза наворачиваются. — Я, конечно, идиот… самое подходящее время нашёл, ничего не скажешь…

— Есть такое дело, — киваю ему, шмыгнув носом.

— И я больше не главный врач, — добавляет Костя.

— Это, безусловно, большой недостаток, — закатываю глаза, не удержавшись. — Я-то так надеялась, что у меня наконец будут связи и протекция! А то что это такое — ни одного повышения через постель не добиться.

— А сама по себе постель, без повышений, тебя не интересует? — немного криво усмехается он. — С мужем, простым врачом, а не с главным? Я буду стараться.

— Надо серьёзно об этом подумать, — не выдержав, улыбаюсь и нежно касаюсь его губ.

— Подумай, пожалуйста… — выдыхает Костя, сглотнув. — Предложение бессрочное, с открытой датой.

* * *

Настроение у нас, естественно, не то, чтобы устраивать постельные марафоны. Поэтому мы просто перемещаемся в комнату, устраиваемся на диване в обнимку — и я сама не успеваю заметить, как засыпаю. Просыпаюсь уже вечером, с больной головой.

— Что же ты меня не разбудил? — спрашиваю сонно у Кости, который, судя по всему, даже не задремал, просто продолжал держать меня в объятиях.

— Ты устала, — говорит он мягко. — И не выспалась, я же видел.

— А теперь у меня голова болит, — морщусь недовольно, уткнувшись носом ему в грудь. — Нельзя спать в это время суток…

— Сейчас схожу в аптеку, куплю тебе обезбол, — хмурится Костя.

— Да у меня есть, — вздыхаю и, поднявшись, потягиваюсь, выпрямляя затёкшие руки и ноги. — Сейчас найду аптечку. Давай чайник поставим?

Мы снова устраиваемся на кухне — хорошо, что о еде не нужно волноваться — и я, выпив таблетку, смотрю на Костю.

— Я хотела спросить тебя, — начинаю нерешительно.

— О снятии с должности? — он моментально даже без слов понимает, что меня интересует.

— Да, — киваю с облегчением, присаживаюсь рядом. — Что случилось, Кость?

— Если коротко, то я сам подложил под себя мину и сам же на неё наступил.

— Очень содержательно, — хмурюсь, пододвигая ему чашку с чаем. — А нормально можешь объяснить.

— Министерство поставило меня в больницу не потому, что я так хорошо подходил на должность главврача, — слегка пожимает плечами Костя. — То есть, возможно, подходил, — улыбается, глядя на возмущённо вскинувшуюся меня, — Но дело не в этом. Им нужна была показательная чистка в системе. Ну, знаешь — наказать своих, чтоб чужие боялись, условно говоря, конечно. Закупки, платные услуги, распределение денег, кадровые истории... Ничего уникального, Лар, ты и сама многое знаешь и со многим сталкивалась. Обычная больничная кухня. Просто в какой-то момент объём этой… э-э-э, кухни стал таким, что министерство решило устроить генеральную уборку.

— И ты собирал информацию? — доходит до меня.

— Да, — кивает он спокойно. — Собирал документы, проверял цифры, поднимал старые решения. По-хорошему, у меня должно было быть ещё несколько месяцев… до года, думаю. Но потом под тебя начал активно копать начмед по хирургии.

— Вот как… — тяну задумчиво.

— Да, — кивает Костя. — Лар, ты же понимаешь, что проблема была не только во мне. Ты многих раздражала задолго до моего появления. А после того как я начал поддерживать твои решения открыто, для некоторых мы вообще превратились в одну проблему на двоих. Думаешь, Денис Аркадьевич столько лет воевал со всеми подряд ради удовольствия? Лар, он не роддом хотел получить. И не хирургию. Он хотел весь больничный комплекс. И у него были шансы… его поддерживала, точнее, начала поддерживать… — Костя запинается, а я сразу думаю о конкретном человеке.