Книга Контракт на любовь, страница 5 – Яра Славцева

Я подняла голову — и на секунду забыла, что должна отвечать.

Он был не просто хорошо одет. Он был из той породы мужчин, на которых одежда сидит так, будто не они выбирают костюмы, а костюмы мечтают быть выбранными ими. Высокий, широкоплечий, с тёмными волосами, в идеально сидящем пальто и с таким выражением лица, словно весь этот мир слегка его утомлял, но пока ещё не настолько, чтобы он начал жечь города. Серые глаза были холодными, внимательными и слишком живыми для человека, который явно привык держать всё под контролем. На левом запястье поблёскивали дорогие часы — не кричащие, а опасно спокойные, как и всё в нём.

Я почему-то сразу подумала, что такой мужчина не появляется в жизни женщины просто так. Только с проблемами. Крупными. Хорошо упакованными. Возможно, с кожаной папкой.

— Да, — сказала я осторожно. — А вы?..

Он сел напротив меня без приглашения. Не нагло — скорее так, будто давно привык, что право на пространство принадлежит ему по умолчанию.

— Виктор Соболев.

Имя мне ничего не сказало, но лицо секретаря за стойкой выразительно изменилось. Так обычно меняются лица людей, когда в помещение входит либо очень богатый человек, либо проверка из налоговой. Иногда это одно и то же.

— Мы знакомы? — спросила я.

— Пока нет, — ответил он. — Но, полагаю, это можно исправить.

Интересное начало. Обычно после такой фразы либо зовут на свидание, либо пытаются продать элитный матрас.

— Если вы новый адвокат, — сказала я, — то вы сильно отличаетесь от моих представлений о юристах.

Он чуть приподнял бровь, и в этом движении было что-то опасно насмешливое.

— Сочту это за комплимент. Но нет, я не ваш адвокат.

— Тогда почему вы знаете, кто я?

Виктор посмотрел на меня так, будто решал, сразу говорить правду или дать мне ещё минуту спокойно пожить. Потом вынул из внутреннего кармана папку и положил её на столик между нами.

— Потому что я купил активы этой нотариальной конторы вместе с пакетом долговых обязательств и архивных дел. Ваше дело оказалось среди них.

Я моргнула.

Вот теперь действительно стало интересно. И тревожно. В той последовательности, в какой обычно бывает только в кино и в жизни идиотов. А я, судя по всему, временно была и тем и другим.

— Простите, — сказала я медленно. — Вы… купили контору нотариуса?

— Если коротко — да.

— Зачем?

— Люблю чужие бумажки, — невозмутимо ответил он.

Я не удержалась и сухо сказала:

— Это очень возбуждающее хобби.

И вот тогда он улыбнулся. Не вежливо, не светски, не уголком губ, как улыбаются люди, которые берегут мимику для деловых переговоров. По-настоящему. Быстро, неожиданно, почти мальчишески — так, что всё его жёсткое лицо на секунду стало другим. Теплее. Опаснее, если честно.

— Рад, что у вас есть чувство юмора, — сказал он. — Оно вам пригодится.

— Это угроза?

— Пока нет.

Я скрестила руки на груди.

— Вы всегда начинаете знакомство с женщинами как злодей из дорогого сериала?

— Только если женщина собирается подать на меня в суд или послать к чёрту. В вашем случае я ещё не определился, что случится раньше.

Вот ведь самоуверенный.

И, что было особенно неприятно, обаятельный. Самый раздражающий тип мужчин — те, которым хочется не только влепить словесную пощёчину, но и при этом почему-то внимательно слушать, что они скажут дальше.