Книга Невеста для Белой Короны, или как не влюбиться и не умереть во Дворе, страница 31 – Анна Флин

Лианна опускает глаза. Видно, как внутри неё борются воспитание, страх и инстинкт выживания.

— Сделаю, как вы приказали, госпожа, — говорит она наконец и кивает.

— И ещё, — добавляю уже ей в спину. — Я сегодня не пью и не ем. На всякий случай.

Лианна кивает снова и исчезает за дверью.

Когда она уходит, я остаюсь одна.

Готовлюсь к ужину сама. Без суеты. Как человек, который не верит ни в судьбу, ни в удачу, ни в «авось пронесёт», а верит только в чек-листы и холодный расчёт.

Начинаю с платья. Передо мной их штук десять, и каждое кричит: «Возьми меня, я дорого стою!» Сразу нет. Я иду не на конкурс блестящих упаковок. Мне нужно платье, в котором можно сидеть, вставать, резко оборачиваться и — в идеале — бежать. Потому что жизнь уже показала: если всё идёт слишком гладко, значит, скоро понадобится план Б. Или С. Или экстренный выход через окно.

Выбираю не самое яркое, но то, в котором удобно двигаться. Ткань мягкая, не шуршит, не тянет, не пытается задушить меня в районе груди. Уже победа.

Дальше — волосы. Мои обрезанные, упрямые, живущие своей жизнью локоны смотрят на меня из зеркала с видом «ну что, опять ты?» Вздыхаю, собираю свои — аккуратно, — а затем пристёгиваю накладную систему, фиксируя всё в строгий, собранный пучок. Ничего романтичного. Чистая функциональность. Проверяю, чтобы ни одна прядь не лезла в глаза.

Украшения. Вот тут я торможу. Решаю не брать ничего. Пусть думают, что я скромная. Люди всегда недооценивают скромных.

Останавливаюсь у зеркала. Смотрю на отражение дольше, чем нужно.

Тёмно-синее бархатное платье плотно сидит по фигуре, открытые плечи подчёркивают линию шеи. Аккуратная, строгая причёска собрана без единого лишнего движения. Никаких излишеств — только выверенная сдержанность.

Через время дверь открывается.

Лианна входит тихо, но глаза у неё горят.

— Готово, госпожа, — говорит она. — Почти все выпили. Большинство… не смогут прийти.

Закрываю глаза и позволяю себе короткую, удовлетворённую улыбку.

— Отлично, — произношу я. — Значит, сегодня за столом будет намного свободнее.

* * *

Иду вслед за Лианной по коридору и впервые за весь вечер позволяю себе чуть-чуть расслабиться. Не так, чтобы совсем выдохнуть — нет, рано ещё. Скорее отпускаю плечи и перестаю сжимать зубы так, будто собираюсь перекусить ими чужую шею.

Мы проходим мимо дверей комнат конкуренток, и там — настоящее представление. То из одной комнаты вылетает служанка с глазами по пять монет и выражением лица «я всё, я больше не могу». То из другой доносятся приглушённые стоны, шорохи, торопливые шаги и характерный звук передвигаемой мебели. Кто-то явно не рассчитал путь до уборной. Кто-то — дозировку.

Все бегают. Все вспотевшие. Все встревоженные.

Я мысленно киваю.

Ну что ж. Немного стресса никому ещё не вредило. Организм, знаете ли, иногда нуждается в генеральной чистке — и физической, и душевной. Посидят денёк, подумают о своём поведении, о конкуренции, о том, что не всё в этом мире решают локоны до пояса и выученная улыбка. Главное — чтобы воды пили. Много. Я, между прочим, не зверь.

Иду я. Красивая. Собранная. Рядом со мной ещё три девушки: одна с русыми волосами, вторая с золотистыми, почти в тон моим, третья белокурая. Прекрасно. Композиция идеальная. Каждому принцу — по эстетически подходящему варианту. Почти маркетинговая выборка: четыре образа, четыре архетипа.