Книга Зона Златовласки. Любовь не по уставу, страница 57 – Анастасия Сиалана, Асоль Ари

Я медленно подняла голову и посмотрела на него снизу вверх. Отросшая за эту неделю темная щетина скрывала его обычно острые скулы, придавая лицу разбойничий вид. Тактическая водолазка была безжалостно порвана и покрыта неотстирываемыми пятнами моей импровизированной зловонной антисептической мази из мха. Но в его светлых, вертикальных глазах горел тот самый ровный, стальной и абсолютно уверенный свет, который делал его идеальным командиром, способным вести за собой людей в ад.

После нашего ночного, тяжелого разговора в темноте пещеры, после той отчаянной, обжигающей близости между нами, не возникло ни грамма классической неловкости. Наоборот, словно лопнула та изматывающая, натянутая до предела струна постоянного контроля, которая вытягивала из нас силы все предыдущие недели на корабле. Мы больше не тратили драгоценную энергию на то, чтобы держать социальную и уставную дистанцию. Мы тратили ее только на то, чтобы выжить. Вместе.

— Для очистки нам понадобится фильтр. Сложный фильтр, — я поднялась, отряхивая колени от въевшейся базальтовой пыли. Мозг биолога начал лихорадочно выстраивать схему. — Мне нужен древесный уголь как абсорбент, мелкий кварцевый песок и специфический волокнистый мох, способный задержать кислоту.

— Уголь в избытке есть в нашем кострище, — Каэр деловито проверил индикатор заряда плазмореза и закрепил его на набедренном ремне. — За мхом и песком идем прямо к ручью. Собирайтесь, младший аналитик. Нас ждет инженерная работа.

Путь до ручья, который в нормальных условиях занял бы минут сорок, отнял у нас почти два долгих часа. Без привычного, сбалансированного синтетического пайка и витаминов физическая слабость давала о себе знать всё сильнее — ноги казались налитыми свинцом. Воздух в глубине джунглей Вереска был густым, влажным, как в парнике, и тяжело пах гниющей органикой, мокрой землей и какими-то пряными, одурманивающими цветами.

Каэр шел впереди, методично прорубая нам дорогу сквозь плотные заросли мясистых, широколистных лиан своим тяжелым боевым клинком. Он двигался пугающе экономно, не делая ни одного лишнего замаха: берег поврежденные ребра и сохранял силы.

— Стой! — вдруг резко, срывающимся шепотом скомандовала я, хватая его за левое плечо.

Он замер мгновенно, вростая в землю, не задавая ни единого вопроса и не пытаясь обернуться. Абсолютное доверие моим инстинктам. Я молча указала дрожащим пальцем на ствол исполинского, мертвого дерева справа от нас. По его серой, пористой коре, прямо на уровне наших голов, медленно, отвратительно пульсируя, как живое сердце, ползла широкая, влажная полоса цвета свежей артериальной крови.

— Колония хищных слизевиков, — прошептала я, чувствуя, как по спине и шее бегут холодные мурашки ужаса. — Это не одно существо, это миллионы микроорганизмов, объединенных общим нейро-центром. Они движутся на инфракрасное излучение. На наше тепло. Если эта кровавая дрянь упадет на нас сверху, она прожжет кевларовые комбинезоны за секунды и начнет всасывать органику прямо через поры кожи. Растворит заживо.

Каэр медленно, плавно поднял голову, холодным, расчетливым взглядом оценивая масштаб угрозы. Полоса плотоядной слизи уже начала медленно, неотвратимо сползать на толстую ветку, нависающую прямо над нашей единственной, с таким трудом прорубленной тропой.