Книга Узы Геркулеса, страница 93 – Жасмин Мас

Снаружи завывал ветер, а дождь барабанил по высоким окнам.

Гроза усиливалась.

Я осторожно скользнула внутрь, ведя за собой животных.

— Э-э, меня п-позвали… Есть здесь кто-нибудь?

Вспыхнула молния.

Дверь за мной с грохотом закрылась.

— Добро пожаловать… жена, – тихо сказал Харон. Он стоял за длинным столом по центру, вертя опасный охотничий нож между пальцами. – Мы тебя ждали.

Я моргнула.

Прямо-таки ни капли драматизма.

Август стоял рядом с Хароном, с каменным выражением лица и скрестив руки на груди. Он прислонялся бедром к столу так, словно что-то загораживал.

— Э-э… – красноречиво протянула я, не до конца понимая, какой стратегии обычно советуют придерживаться в общении с невменяемыми людьми.

Раздался громкий металлический звон.

Харон и Август разошлись в стороны.

Вспыхнула молния: Патро приковали к стулу и заткнули рот кляпом, Ахиллес сидел обездвиженный рядом с ним.

Мои наставники повернули головы в мою сторону.

Патро начал лягаться, пытаясь вырваться из оков, и закричал, но кляп приглушил звук его голоса.

Ахиллес сидел совершенно неподвижно, глаза прищурены от ярости, конечности зафиксированы серебристыми цепями. Теми же цепями обычно обездвиживали Титанов.

Харон указал ножом на единственный стул по другую сторону стола. Остальные из комнаты убрали.

— Пожалуйста, садись, жена, – спокойно сказал Харон. – Присоединяйся к нам.

Никс с шипением переползла с моей талии на руку и плотно обвилась вокруг нее, готовая атаковать. Пушистик-младший припал к полу, а адские гончие и Поко молча смотрели на мужчин.

Я расправила плечи и выдержала яростный взгляд Харона.

— Или… что?

Он бы ни за что мне не навредил.

Я это знала.

Правда ведь?

Харон поднес нож к лицу Ахиллеса, затем провел лезвием над его левым ухом.

— Если ты не сядешь, я отомщу за причиненное тебе зло.

Я резко втянула воздух.

— Ты этого не сделаешь.

Улыбка Харона была воплощением греха.

— Хочешь проверить? – С выражением едва сдерживаемой мании на лице он прижал нож к коже над левым ухом Ахиллеса.

Патро закричал и пнул связанными ногами ножку стола рядом с ним.

Ахиллес сидел совершенно неподвижно.

Шок в моей душе трансформировался во что-то опасное и бурлящее.

Выражение лица Харона стало более угрожающим.

— Пожалуйста. Сядь. Нам нужно… обсудить важные вопросы.

Август стоял молча.

Осторожными, выверенными шагами я двинулась к противоположной стороне стола, стараясь не терять мужчин из поля зрения, и остановилась рядом со стулом.

Я уставилась на них.

Харон рассмеялся знакомым мне хриплым издевательским смехом.

— Умный выбор.

— Садись, – приказал Август.

Во мне вскипело возмущение.

Я осталась стоять.

Глаза цвета полуночи сощурились.

— Сядь, – с нажимом повторил Август.

Харон оскалил зубы.

— Ты в меньшинстве, и у тебя нет оружия. Не делай того, о чем пожалеешь, carissima. У тебя нет другого выбора.

Да как он смеет!

Я подняла руку, сложила пальцы на манер пистолета и направила в сторону своих мужей.

Харон запрокинул голову и язвительно рассмеялся.

В воздухе заблестели черные чешуйки, стоило Никс стать видимой: ее голова зависла над моим указательным пальцем, клыки сверкнули в широко раскрытой пасти. Она крепче обхватила мою руку, готовая к броску – ярко-фиолетовые змеиные глаза сфокусировались на Хароне.