Книга Ривермен. Как Тед Банди и я охотились на Убийцу с Грин-Ривер, страница 133 – Роберт Кеппел

— Он либо сохраняет одежду, либо оставляет место преступления «чистым». Мотивов может быть много, но думаю, он старается минимизировать следы. Или, может, ему просто нравится иметь что-то от жертв. Не знаю.

Эта часть разговора неожиданно предвосхитила то, что Тед расскажет нам в последние дни своей жизни – уже о собственных трофеях. Но тогда мы об этом не знали.

— По дороге к Энумклоу мы нашли удостоверение одной из жертв – прямо на развязке у шоссе 18, – сказал Дейв. – Почему он выбросил такой документ в окно? Боролся с ней? Она была жива? Или избавился от удостоверения уже после того, как избавился от тела?

Тед откликнулся с явным удовольствием, словно ему понравилось наше наблюдение:

— Вы, ребята, отлично работаете. И да, так могло быть. Может, он просто выбрасывал вещи из машины. Это странно, но возможно. У него масса способов избавиться от одежды: закопать, сжечь дома, выбросить в контейнер… или просто швырнуть на обочину. Он не хочет долго возиться с телом или вещами. Если он настроен избавиться от всего быстро, он выбросит это на ходу – вдоль шоссе всегда валяется мусор.

— Мы искали одежду вдоль дорог, – сказал Дейв. – Но осмотреть все невозможно.

— Удостоверение он мог выбросить где угодно, – настаивал Тед. – Я бы предположил, что он выбросил его сам, а не в драке. Это явный признак того, что он таким способом избавляется от улик. Пусть ваши люди прочешут дороги вокруг Энумклоу. Там наверняка есть и другие вещи – я уверен, там еще несколько жертв. И если у подозреваемого ничего не нашли – это не делает его плохим подозреваемым.

Большинство тел возле аэропорта Си-Така нашли на пустырях и в тупиках, где дома снесли из-за шума самолетов.

— Вот место, где нашли Наон, – сказал я, показывая карту.

— Хорошее место для захоронения, – отметил Тед.

Я показал фотографию: из земли торчала нога.

— Какая там почва? Кирка нужна? – спросил Тед.

— Земля плотная, – сказал Дейв.

— Значит, он таскает с собой кирку или лопату?

— Думаю, только лопату. И это единственный случай, когда он так сделал.

— Это ненормальность, – объявил Тед. – Отступление от схемы.

Нам с Дейвом было ясно: у Теда и Ривермена много общего – и в методах, и в психологии. Его склонность говорить о Ривермене в форме «я», явное возбуждение при обсуждении мест захоронений и поведенческих нюансов – все это показывало, насколько глубоко он понимает преступника. И многое из того, что тогда звучало как догадки, позже оказалось пугающе точным.

Особенно жутким было совпадение: когда Гэри Риджуэй – уже установленный убийца – написал записку оперативной группе, он подписался «Парень с Грин-Ривер» – фразой, которую использовал Банди.

Но последние вопросы, которые мы задали Теду в 1984 году, стали тонким мостиком между Риверменом и самим Тедом. Когда беседы подошли к концу, я думал, что он дал нам огромное количество информации. Я не знал тогда, что наши отношения продолжатся еще много лет – и приведут к признаниям, о которых я не мог и мечтать.

Возможно, однажды и Гэри Риджуэй, «Парень с Грин-Ривер», напишет мне – как когда-то Тед Банди. Напишет, потому что захочет поговорить о своих преступлениях. Он будет искать собеседника, который «понимает», перед кем можно похвастаться, кем – как ему кажется – можно манипулировать своими историями, кто согласится слушать жалобы и стенания, сочащиеся из его расколотой личности. А может быть, его будет раздражать, что следствие не уловило главный смысл его убийств. Даже серийным убийцам нужно рассказать свою «правду» – пусть та, по сути, лишь очередной обман.