Книга Ривермен. Как Тед Банди и я охотились на Убийцу с Грин-Ривер, страница 220 – Роберт Кеппел

Он объяснял полиции, что проститутки были для него «самыми легкими жертвами»: «Я перешел от секса с ними к тому, чтобы просто убивать». Он выбирал молодых женщин потому, что считал: полицию меньше заинтересует исчезновение проститутки; кроме того, они часто меняли районы, и было трудно определить момент исчезновения. Следователи действительно часто задерживались, потому что не было явного заявления о пропаже – а иногда появлялись ложные сведения, будто жертву «видели» спустя месяцы после смерти. Он предпочитал совсем молодых женщин: они чаще молили о пощаде и сопротивлялись слабее, чем более зрелые уличные проститутки.

Риджуэй подчеркивал: это были не вспышки ярости, а спланированные убийства. «Когда я сажусь в грузовик… веду машину… могу подцепить женщину. И это не то, что мне надо быть в настроении. Не то, что я вдруг набрасываюсь на нее. Нет. Я всегда хотел их убить».

Если убийство не удавалось – например, жертва требовала слишком много денег или рядом оказывался сутенер – его это бесило. «Если я только что потерял одну, то сделаю все, чтобы уговорить следующую… я задушу ее… так сожму шею, чтобы она… сломалась».

Когда в середине 1980-х информационный шум вокруг убийств достиг апогея, по местному телевидению шли сюжеты о Си-Таке и других районах. Но, как признался Риджуэй, он продолжал убивать даже тогда. Иногда женщины, садясь в машину, спрашивали: «Ты не Убийца с Грин-Ривер?» Он отвечал: «Я что, похож на него?»

По его словам, женщины всегда представляли убийцу как очень высокого мужчину – 180–190 см ростом, весом около 85 кг. Риджуэй был ниже и выглядел «обычнее», чем этот коллективный образ. Гораздо труднее было убедить их в другом – что он не полицейский под прикрытием. Поэтому он возил в кабине банку пива: «Если у меня пиво в руке – значит, я не коп».

Риджуэй пользовался целым набором уловок, рассчитанных на то, чтобы женщины ему доверяли. Он обещал стать постоянным клиентом, предлагал помощь, приносил еду, одалживал машину – любые жесты, которые создавали впечатление заботы. «Она думала, что мне не все равно, – признался он, – а мне было все равно. Я говорил то, что она хотела услышать, лишь бы посадить ее в машину… и в конце концов убить».

Многих своих жертв он приводил домой. Одной из самых действенных уловок была демонстрация «обычной» семейной жизни. Он показывал фотографию сына – носил ее при себе и использовал как успокаивающий аргумент для тех, кто нервничал из-за шумихи вокруг убийств в округе Кинг. Приглашая женщин к себе, он проводил их в комнату мальчика: двухъярусная кровать, игрушки, аккуратно сложенные вещи – все это производило впечатление надежности. «У этого парня есть ребенок, – думали женщины. – Он никому не причинит вреда». Именно на это Риджуэй и рассчитывал.

Из признаний самого Риджуэя и показаний информаторов следует, что он заранее продумывал момент нападения. Он стремился оказаться в позе «догги-стайл», позади женщины – в положении, где имел полный физический контроль. Он ждал характерного движения после завершения полового акта – когда женщина поднимала голову, переносила опору, собиралась встать, – и использовал этот момент, чтобы перехватить ее. Иногда он отвлекал ее короткой фразой вроде «подожди, кажется, кто-то идет», и она автоматически оборачивалась или поднимала голову, теряя равновесие и оставляя шею открытой.