Книга Генеральный папа, страница 34 – Алёна Амурская, Ника Лето

— Аня, — зовет она тихо. — Ты плакала?

— Нет, солнышко, — я выдавливаю улыбку. — Просто вода в глаза попала.

Она долго смотрит на меня, а потом берет меня за руку и притягивает к своему столику, показывая рисунок — что-то яркое, с большим желтым кругом в центре. Кажется, здесь два человечка, держатся за руки.

— Это солнце, — объясняет она. — А это ты. И я. Мы вместе.

Я смотрю на рисунок, и на глаза снова наворачиваются слезы. Но сейчас совсем по-другому поводу.

— Красиво, — шепчу я, обнимая ее. — Очень красиво, Юленька.

Аня

День идёт своим чередом. Я укладываю Юлю спать после сытного обеда, а сама принимаюсь за свою непосредственную работу.

Должность у меня, конечно, сменилась. Но суть осталась прежней.

«Младший администратор приемной генерального директора» — это звучит почти как повышение. Но на деле я всё та же девочка на побегушках. Только теперь мои «побегушки» ограничены тридцать восьмым — сороковым этажом, где сидят управленцы, и включают в себя дополнительную опцию: «слежение за объектом опеки».

По сути, я делаю ровно то же самое, что и на первом этаже. Разница лишь в том, что раньше я таскала накладные и папки для Зинаиды Петровны, а теперь — для самого Зарубина и его помощницы.

И еще один маленький нюанс. Раньше я была невидимкой. Сливалась с обоями, ходила тихо-тихо, и никто не обращал на меня внимания. Теперь же я — главная мишень.

Потому что я сижу в комнате, смежной с кабинетом босса. Потому что я единственная, кто может заходить к нему без стука (это Рита сказала — «если какие-то вопросы по Юле, то заходите к боссу сразу, не ждите»).

А главное — потому что я из подвала. Серая мышка, девочка на побегушках, которая посмела подняться на этаж, где летают только акулы в брендовых костюмах. И которая совершенно не вписывается в окружающую обстановку.

И акулы это не переваривают.

А вскоре я чувствую это отчётливо на своей собственной шкуре.

Сначала всё идёт нормально. Я проверяю, что в шкафах достаточно бумаги для принтера, а в маленьком холодильнике — йогурты и сок. Потом выглядываю в коридор, проверяю стойку секретарш: заправлены ли ручки, есть ли чистые бланки, не закончилась ли вода в кулере.

Всё на месте. Рита работает идеально. Я даже не нужна здесь для этого.

Но я здесь. И я делаю свою работу.

Первой ко мне заглядывает Лера. Это одна из секретарш приемной — высокая шатенка с идеальной укладкой и взглядом, который говорит «ты здесь лишняя». Она бросает коротко, даже не глядя на меня:

— Вам звонок. На третью линию.

Я киваю, тянусь к телефону.

— Алло?

Тишина. Гудки. Недоумённо смотрю на трубку. Может оборвалось? Выжидаю некоторое время, но звонков нет. Нахожу линию секретарши, набираю её.

— Лера, там никого не было.

— Странно, — голос у нее томный, равнодушный. — Наверное, отключился. Бывает.

Вешаю трубку. Чувствую, как внутри закипает раздражение. Предчувствие кричит, что всё это было не просто так. А через пятнадцать минут звонок повторяется. Я снимаю сама.

— Добрый день, это Ивушкина.

— Наконец-то, — голос в трубке недовольный, мужской. — Я уже полчаса звоню! Вас невозможно пробить, секретарша говорит, что вы не подходите!

— Но звона не было... — начинаю я.

— Передайте Максиму Эдуардовичу, что совещание переносится на завтра в одиннадцать.